Мама, это Момо: стоит ли в Ростове бояться японской интернет-страшилки

Узнали у психологов и подростков

Ростов-на-Дону, 31 августа 2018. DON24.RU. Новая «страшилка» начала будоражить Всемирную сеть – жуткая «Момо», которая и мем, и скульптура, и бот. В Сети стали появляться мнения, что есть в ней что-то от страшных суицидальных игр. Узнали у детей и экспертов, стоит ли бояться японскую куклу и почему.

Девушка, вы откуда?

Момо – это жуткая женщина-птица с искаженными чертами лица. Она добавляется в контакты к пользователям, терроризирует звонками и сообщениями, преимущественно ночью. Рассказывают, что она отдает пользователям страшные приказы, угрожая в случае их невыполнения.

Существует множество версий о происхождении интернет-Момо. Одни говорят, что она появилась в латиноамериканских странах, оригинальный номер, с которого звонит – японский, но у нее есть еще парочка – из Мексики и Колумбии. По слухам, она всегда отвечает на языке пользователя, но если написать Момо с «чистой» сим-карты и телефона, она заведет беседу на японском и попытается узнать, кто вы.

Если написать или позвонить ей на номера WhatsApp, якобы можно получить ответы с угрозами и намеками на то, что Момо знает личную информацию пользователя. Многие пытаются самостоятельно связаться и пообщаться с ней, но, как правило, этого не получается. Последний раз Момо была в сети 11 июля.

Дети знают 

Если у вашего ребенка есть телефон и интернет, то он, скорее всего, уже успел познакомиться с Момо. Мы поговорили с детьми и, как выяснилось, большинство ее не боятся и считают, что это бот, который шутит над людьми.

Арина, 10 лет, школьница:

«Момо — это японская скульптура, которую создали японцы, чтобы снять фильм. Но появились люди, которые под именем Момо звонят людям и взламывают их телефоны. Я думаю, что это опасно, так как некоторые кончают жизнь самоубийством, – Момо заставляет их выполнять смертельные задания».

Лада, 14 лет, школьница:

«Это бот, который может позвонить тебе и украсть информацию из твоего телефона. Это не опасно, они просто запугивают сообщениями типа «я знаю где ты живешь» и все. Они пугают, что убьют человека, но как они это сделают, они же не смогут проследить за всеми. Например, мы с подружкой, сами писали ей, но никто не ответил. Я думаю, что это робот».

Саша, 12 лет, школьник:

«Момо не существует, это японские хакеры. Я знаю, как она выглядит, у Момо выпученные глаза, улыбка до щек, нос непонятый какой-то, черные длинные волосы, она очень уродливая. Она звонит всем по WhatsApp и угрожает. Ее легко затроллить, например, она пишет: «Ты из России?» А ты в ответ: «Нет, из Японии, но учу русский». Мне друзья рассказывали, что это новый вид терроризма. Еще я смотрел про нее на YouTube».

Влад, 16 лет, школьник:

«Это человек какой-то, вроде как девушка, и она пишет разным людям и получает доступ к их личным фотографиям. Я считаю, это обычный хакер, которому нечем заняться, и он разыгрывает людей. Абсолютно не опасно, даже смешно».

Что думает психолог

Ростовская психолог и тренер по детской безопасности в интернете Ирина Серикова рассказывает, что к ней уже начали обращаться родители, которые напуганы этим вирусом и опасаются за своих детей. По ее мнению, ситуация отдаленно напоминает игру «Синий кит» – общение строится на запугивании и угрозах в адрес собеседника. В данном случае интернет-злодей имеет лицо, эту страшную картинку человека-птицы.

Что касается вопроса, кто за этим стоит и зачем это, пока можно только предполагать.

«Например, Момо может быть использована с целью сбора информации со смартфонов, как недавно нашумевшее приложение Get contact, которое позволяло посмотреть пользователям, кто как у кого записан в телефонной книге или же это последователи «Синего кита», – предполагает психолог. 

По ее мнению, популярность в России вирус получил благодаря блогерам, которые пытаются связаться с Момо и выставляют эти видеоролики в сеть, тем самым пиаря ее.

Ирина Серикова считает, что одна из опасных сторон этой «игры» проявляется тогда, когда дети начинают над друг другом издеваться и представляются Момо.

«Мы это называем кибербуллингом, то есть интернет-травлей, когда интернет используется для преследования и домогательств. Момо, безусловно, представляет опасность, так как под ее видом злоумышленники, которые никак даже не относятся к ее созданию, могут преследовать свои цели, к примеру, доводить людей угрозами до самоубийства и тому подобное», – говорит эксперт.

Она считает, что родители должны осведомить своих детей об опасности, но запрещать общаться с Момо нельзя.

«Запретный плод сладок. Поэтому нужно проводить беседы и отвечать детям на вопросы, ничего не скрывая», – говорит Ирина.

Область безопасности

Директор некоммерческой организации «Социально-правовой мониторинговый Центр детской безопасности «Защита» Алексей Азаров большой угрозы в страшилке Момо не видит.

«Опасности не представляет, это, скорее, розыгрыш или развлечение. Криминальной составляющей в вирусе нет, но есть психологическая опасность, когда боту удается запугать ребенка и тем самым оградить его от социума, – говорит он. – Контролировать детей все-таки стоит, для этого существует множество программ, которые позволят тайно наблюдать за действиями ребенка».

Азаров говорит, что сегодня в Ростовской области вирус Момо не распространен.

 

 

Комментировать

Выйти
Редакция вправе отклонить ваш комментарий, если он содержит ссылки на другие ресурсы, нецензурную брань, оскорбления, угрозы, дискриминирует человека или группу людей по любому признаку, призывает к незаконным действиям или нарушает законодательство Российской Федерации

Поделиться

Комментарии
(2) комментариев

Высшая мера: за и против

Ростов-на-Дону, 23 октября 2019. DON24.RU. В России не утихают споры о возможной отмене моратория на смертную казнь. Поводом к возобновлению дискуссии послужила трагедия в Саратове, когда рецидивист убил девятилетнюю девочку.

Третьеклассница Лиза 9 октября ушла из дома в школу и пропала. В поисках ребенка участвовали полицейские, волонтеры и сотни горожан. Тело школьницы нашли в одном из гаражей, в совершенном преступлении сознался 35-летний житель Саратова, показав полицейским, как и почему задушил девочку. По словам убийцы, Лиза грубо ответила на его вопрос, и он решил ее наказать. Как выяснилось позже, у преступника есть непогашенная судимость за изнасилование, разбой и «насильственные действия сексуального характера».

После того как в Сети появилась информация о задержании мужчины, жители Саратова устроили стихийный митинг у гаража, где следователи планировали провести следственный эксперимент. Толпа окружила машину полицейских, где в этот момент находился задержанный, намереваясь устроить самосуд. В итоге на место прибыл дополнительный отряд ОМОНа, который помог оттеснить людей. Для того чтобы довести подозреваемого до отдела в целости и сохранности, правоохранителям пришлось переодеть его в форму полицейского.

На фоне происшедшего в интернете начали собирать подписи под петицией за возвращение высшей меры наказания, а Госдума провела опрос на своей официальной странице в соцсети. На вопрос «Как вы считаете, нужно ли вернуть смертную казнь педофилов и для убийц детей?» более 46 тысяч человек выбрали ответ «да» (80% опрошенных). Ответ «нет» выбрали больше 9000 человек (17%).

«Молот» выяснил у экспертов, возможно ли в нашей стране возвращение смертной казни, какие существуют адекватные альтернативы и насколько правильной будет отмена моратория на высшую меру наказания.

Кандидат медицинских наук, врач-психиатр высшей категории, дочь психиатра, разоблачившего Чикатило, Ольга Бухановская:

– Я категорически против возврата к смертной казни, ведь, пока мы не начнем доказывать вину людей профессионально, без «выбивания» показаний, высшую меру наказания ни в коем случае возвращать нельзя. К сожалению, сейчас немало купленных судебных решений, и пока мы будем жить в нашей реальности со сфабрикованными уголовными делами, доказательствами, купленными экспертизами и свидетельскими показаниями, это невозможно, даже если речь идет о высшей мере с приведением в исполнение с отсрочкой на 10 лет. Сегодня нередко «выбивают» показания, засовывая бутылки и электрические провода людям в прямую кишку, причиняя невыносимые боли и страдания. Поэтому, пока не вернутся на прежний уровень мораль и ответственность за свои поступки, пока студенты (будущие адвокаты и следователи) не начнут учиться на достойном уровне, думать и отвечать за судьбы людей, это недопустимо.

Я могла бы одобрить смертную казнь лишь в одном случае: если она будет наказанием за коррупцию. Предположим, человек украл больше 5 млн рублей, и его вина доказана. Доказали – и расстреляли. Но на сегодняшний день дела по коррупции и растратам – словом, по экономическим преступлениям – у нас тоже не доводят до конца. И среди них тоже немало сфабрикованных.

Настоятель храма Всех Святых, иерей Алексей Кашуба:

– Если говорить о моем личном мнении, то хочу напомнить, что в Ветхом Завете, когда Бог давал закон Моисею, он обозначил наказания за смертные грехи и серьезные проступки. Одним из них была смертная казнь. Например, за доказанное прелюбодейство мужчину и женщину прилюдно забивали камнями, чтобы другим неповадно было повторить этот грех. В Новом Завете смертная казнь не была отменена, однако Иисус и не говорил, что она должна сохраниться. Что касается истории церкви, мы помним, что во время правления византийских императоров (кстати, помазанников божьих), в Киевской Руси при князьях и царях тоже были смертные казни. Таким образом, вопрос отмены моратория на смертную казнь – неоднозначный. Конечно, христиане скажут, что человеку надо дать шанс исправиться, но важно и помнить о нашем несовершенном судебном процессе. Были случаи, что человека осуждали на 10 лет и, когда он отсидел девять, перед ним извинялись и отпускали – а многие люди выходят из тюрьмы духовными инвалидами. В любом случае, я думаю, что в этом вопросе церковь поддержит то решение, к которому придет общество.

Член Совета Федерации от Ростовской области Ирина Рукавишникова:
– Возврат к смертной казни в России, на мой взгляд, невозможен. В настоящий момент установлен мораторий на ее применение. Это одно из демократических общечеловеческих завоеваний, которое необходимо сохранить.

Путь другой. Сегодня в России нет никакого жесткого контроля за лицами, склонными к насилию, убийству и т. д. За реальными или потенциальными рецидивистами. Есть опыт зарубежных стран, когда после первого же совершенного преступления – насилия, убийства, особенно в отношении ребенка, – на отбывшего наказание преступника надевается неснимаемый электронный браслет, позволяющий контролировать все его перемещения и контакты. В некоторых странах для рецидивистов практикуется стерилизация.

Кроме того, в качестве наказания за такие преступления уже после отбытия назначенного срока должен соблюдаться жесткий запрет на занятие определенными видами деятельности, связанными с детьми, например работа учителя, воспитателя, тренера и т. д. Законодательству России нужно идти путем установления жесткого контроля за лицами, входящими в группу «потенциально опасных».

Юрист, член экспертно-консультационного совета Госдумы РФ Николай Кандикудряков-Тигранн:

– На этот вопрос сложно высказаться однозначно. Возможно, и стоило бы вернуть смертную казнь за такие жестокие преступления, как педофилия и терроризм. Но такую меру можно рассматривать только в случае неоспоримых доказательств вины, иначе рано или поздно пострадает невиновный. Например, за преступления маньяка Чикатило успели казнить нескольких невиновных людей. Считаю, что вопрос о возврате высшей меры должен рассматриваться только после совершенствования российской судебной системы.

Напомним, 2 августа 1996 года в Бутырской тюрьме был расстрелян серийный маньяк, садист и педофил Сергей Головкин, жертвами которого стали 11 мальчиков. Это была последняя казнь в нашей стране, с тех пор начался «бескровный» период современной России. Отмена смертной казни была важнейшим условием вступления России в Совет Европы, и в 1996 году представители МИД страны подписали протокол № 6 Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека.


Лента новостей

Загрузить еще
Последние комментарии