Детсад за колючей проволокой: в Азовской женской колонии сегодня растут 47 малышей
Ростов-на-Дону, 31 мая 2018. DON24.RU. Маша, Таня, Саша, Никита и еще 43 малыша, которые живут в Азове на улице Дружбы, 1а, имеют особое представление о доме. Для них дом – это много-много мам, длинные коридоры, бежевые стены, похожие, как близнецы, деревянные кроватки, одинаковые столы, стулья и шкафчики. Еще дом – это утопающий в зелени двор, белье на веревках, качели, горки и колючая проволока. Проволока высоко, поэтому дети еще не знают, что она колючая. Впрочем, не знают они еще очень-очень многого о месте, в котором живут...
А место это – Дом ребенка при исправительной колонии № 18. Работает он десять лет, а год назад там открылись комнаты совместного проживания. Для матерей и малышей, которые рождаются во время отбывания наказания, это большая удача.
Если забыть о высоких заборах и форменной одежде арестанток, то можно подумать, что на территории колонии развернулся обычный детский сад с круглосуточным пребыванием. Здесь есть психолог и логопед, воспитатели и музыкальный работник. Здесь кормят, одевают, учат и лечат.
«Но разница между нашим учреждением и садом, конечно, есть, – объясняет врио начальника Дома ребенка при колонии № 18 Ольга Евтушенко. – Наши малыши знают о реальной жизни гораздо меньше, чем дети на воле. И, чтобы восполнить этот пробел, мы стараемся вывозить детей на городские праздники и в детские центры. Однако случается это нечасто, основная жизнь малышей проходит здесь. Еще одно отличие – многие мамы вышли из неблагополучных семей, перед глазами не было достойного примера воспитания. Поэтому они не знают элементарного – что ребёнка нужно ежедневно мыть, что нужно с ним заниматься, даже как и чем его кормить, не знают. Так что в каком-то смысле наш Дом ребенка – это школа жизни для матерей».
Чтобы попасть в исправительную колонию № 18, мы с начальником пресс-службы ГУФСИН России по Ростовской области Борисом Марухяном прошли несколько кордонов: получили пропуски, потом был досмотр, потом – коридор из пронзительных взглядов осужденных, на тюремной площади шло построение. Затем высокий желтый забор с колючей проволокой и скромной табличкой «Дом ребёнка».
Женщины, которые живут здесь с детьми, считаются счастливицами: одна на три семьи комната куда лучше, чем отряд с двумя десятками кроватей; своя кухня, своя прачечная. И главное – рядом родной маленький человек. Хотя последнее, к сожалению, важно не для всех матерей...
«Женщины как на воле, так и здесь очень разные – кто-то искренне любит своего ребенка и готов ради него свернуть горы, а кто-то выходит и тут же сдает малыша в детдом, – рассказывает старший воспитатель Валентина Николаевна Черемушникова. – После освобождения заключенные, как правило, отношения с нами не поддерживают. Но есть соцсети. Через «Одноклассники» мы видим, как складываются судьбы наших мамочек. Из положительных примеров – Сюзанна. Фамилию называть не буду. Когда она поступила, мы думали, ничего хорошего дальше ее не ждет, но родилась дочка, и Сюзанну как подменили. Не отходила от ребенка. Освободилась, увезла девочку в Питер. Там вышла замуж и, судя по фотографиям, все у нее хорошо – ребенок веселый, ухоженный. В квартире красиво и чисто. Праздники семья проводит с друзьями, у всех приятные, не маргинальные лица. Такие фотографии для нас – бальзам на сердце».
Но бывают и обратные ситуации. Недавно Дом ребенка облетела новость: осужденная, которая показывала себя приличной матерью, не забрала свою дочь из приемной семьи.
«Поскольку малышей мы можем держать в этих стенах только до трех лет, то существует такая практика: если мать должна отбыть еще какой-то срок в колонии, то на это время ребенка забирают родственники, если их нет, мы стараемся найти ему временную семью, – пояснила старший воспитатель. – Так вот эта мама освободилась в декабре, а в марте написала отказ от дочери. Причем девочка чудесная – умненькая, красивая, спокойная. Через какое-то время наша бывшая осужденная выложила фотографии, где стоит уже с новым мужем и новорожденным ребенком. Я не выдержала и написала ей в «Одноклассниках»: «Как же так? Где Вика?» Она мне не ответила, но отозвалась приемная мама девочки, прислала снимки, написала, что у Вики все хорошо – она лучшая ученица в классе, заняла второе место в соревнованиях по плаванию. И тут я подумала, что, наверное, для девочки такой вариант развития судьбы лучше...» – «А как в этой ситуации ведут себя отцы?» – «Большая часть беременных, которые к нам попадают, – матери-одиночки, многие сидят за наркотики, грабежи и убийства. Если и были гражданские мужья или даже официальные, то многие после всего случившегося исчезают. Часто бывает так, что мамы точно не знают отцов своих детей, и это сильно осложняет нам работу. Отдавать малышей в приемные семьи, а особенно в детские дома, очень тяжело. К счастью, за последние три года этого не происходило».
Сегодня в Доме ребенка при исправительной колонии № 18 живут 46 матерей и 47 детей. У одной мамы, Жени Бербеко, родилась двойня. Женя сидит за наркотики. По той же статье в мужской колонии отбывает наказание ее гражданский муж. У Жени родились мальчик и девочка, Даша и Миша. О беременности женщина узнала только в тюрьме, а о том, что у нее будет двойня, – за две недели до родов. Если бы не зона, не известно, как бы она вынашивала малышей, а так дети родились здоровыми, растут и развиваются ничуть не хуже своих сверстников.
«Когда они только появились, я не знала, как к ним подступиться. Тогда еще не было Дома ребенка, я отбывала срок на общих основаниях, только мне было гораздо сложнее, чем другим: спали и ели двойняшки по очереди. Это бесконечные пеленки, распашонки, кормежка. Я выросла в неблагополучной семье, мама умерла от рака, когда мне было десять лет, отец пил, воспитывала меня улица. Как воспитала, сами видите. Слава Богу, есть Дом ребенка: пока я на работе, Даша и Миша с воспитателями, вечером – со мной. Работа – это пошив мешков. Руки работают, а голова свободна. Пока шью, думаю о том, как сложится их жизнь. Сидеть мне еще пять лет, осенью двойняшкам уже будет по три года. Если им найдут приемную семью, отдадут туда... – Женя замолкает, смотрит в стену. – Пять лет они будут жить без меня. Родных у меня нет. Потом выйду, и как дальше жить с моей биографией, не знаю. Но детей люблю, они для меня сегодня – все...
Таких женщин, как Женя, в колонии немало. Но на контакт идут немногие – боятся показать свое лицо.
А ещё здесь нет мужчин, поэтому каждое появление человека мужского пола для детей праздник. Вот и в день нашего посещения малыши гуськом ходили за Борисом Марухяном и с восторгом приговаривали: «Дядя! Дядя!» Слово «папа» не произнес никто из десяти ребят старшей группы...
«В День защиты детей мы много говорим о том, что нужно сделать, чтобы наши дети были счастливыми, как их уберечь их от того и этого, – говорит врио начальника Дома ребенка при колонии № 18 Ольга Евтушенко. – Но главная защита для них – это родительская любовь. Ее никогда не бывает много...»
Светлана Ломакина
Ученые выявили в Приазовье новые виды стрекоз
Ростовская область, 2 сентября 2024. DON24.RU. Биологи Донецкого ботанического сада обнаружили в Приазовье новые виды стрекоз, сообщает телеграм-канал Минобрнауки России.
После десятилетнего перерыва ученые вернулись к изучению флоры и фауны одного из заповедников Приазовской степи.
«Проведя исследования на одном из эталонных участков заповедника, для которого в предыдущие годы были составлены фаунистические списки позвоночных животных и многих систематических групп насекомых, биологи обнаружили изменения в составе и структуре комплекса насекомых», – пишет источник.
Оказалось, что за последние десять лет на территории заповедника появились новые виды, которые успели натурализоваться как в степных, так и в водных экосистемах.
Отмечается, что фауну пополнили как минимум два вида стрекоз.
«Линдения четырехлистная (Lindenia tetraphylla), отмеченная ранее в виде единичной находки, стала обычным видом. К ней добавился еще один новый вид – селисия черная (Selysiothemis nigra)», – говорится в сообщении.
Исследование проводится в рамках научного проекта «Южный вектор национальной безопасности в условиях геополитических и климатических вызовов» при финансовой поддержке Минобрнауки России.
Ранее в песчаных карьерах Морозовского района палеонтологи нашли зубы предка мегалодона.
Ответить
Ответить