«Раз не расстреляли, надо жить дальше...»
Житель Мариуполя Александр Голота рассказал о своей жизни и о том, как оказался в Сальске
«ТЕПЕРЬ У МЕНЯ НЕ ОСТАЛОСЬ НИЧЕГО»
«С 21 марта я и супруга находимся в центре временного пребывания в Сальске. В Мариуполе я 42 года отдал работе на металлургическом комбинате им. Ильича - могу показать трудовую книжку. Был начальником участка по ремонту зданий и сооружений в кислородно-конверторном цехе.
Дома не осталось ничего: ни жилья, ни работы. Предприятие полностью разрушено в ходе боёв. Насколько я знаю, сейчас туда прибыли московские проектировщики и начали работать над проектом его восстановления. Пока это только подготовка документации по объёмам первоочередных работ, необходимых для перезапуска сталеплавильного производства. Но и этот этап начался, к сожалению, с того, что группа пострадала от взрыва мины...
О масштабах металлургического производства в Мариуполе свидетельствует тот факт, что в общей сложности, «Азовсталь» и завод им. Ильича давали 9 миллионов тонн стали в год, в том числе наш комбинат - 5 млн тонн. Забор комбината (я в своё время участвовал в его строительстве) имеет протяжённость 57 километров. Сравните: от Мариуполя до Волновахи - 56 км.
Да что говорить: только в моём цеху трудились 1.700 человек. В зоне моей ответственности было 147 зданий и сооружений разного назначения. У цеха был собственный стадион, открытый в 2006 году. Назывался он «Титан». Два сектора с местами для болельщиков под навесом позволяли комфортно болеть за любимую команду, независимо от погодных условий. Стадион был оснащен электронным табло, хорошей звуковой системой...
Будут ли восстанавливать «Азовсталь», пока не до конца ясно. Сначала вроде бы сказали нет - это всё-таки не самое экологически чистое производство, но потом, я слышал, пошли такие мнения, что приедут или нет отдыхающие, если превратить Мариуполь в курортный город, ещё неизвестно, а работа нужна сейчас.
«24 ФЕВРАЛЯ РУКОВОДСТВА УЖЕ НЕ БЫЛО НА КОМБИНАТЕ»
24 февраля никого из руководства комбината на месте уже не было: все уехали в Запорожье. Я по 28 февраля включительно выводил людей на дежурство, согласно приказу. Выходили посменно, по шесть человек, через день. Охраняли оборудование. Из нашего цеха погибли более 30-ти человек. Это те, до чьих родственников я смог дозвониться и про кого точно знаю.
Как получилось, что руководство города допустило, что школы и больницы были набиты вооружением и боеприпасами? Это же невозможно было сделать без его ведома! Кто-то же отдавал команды!
Распоряжение зданиями и сооружениями непосредственно входило в мои обязанности, поэтому я видел всё, что происходило на комбинате. У нас на заводе четыре месяца была «бригада» - якобы строили новый кислородный блок. Хотя видно было, что они даже рабочие робы носить не умеют. Чем занимались, можете догадаться...
«ДОМ СЛОЖИЛСЯ, КАК КАРТОЧНЫЙ»
Жилья у меня теперь тоже нет. Мы жили на первом этаже девятиэтажки - восемь этажей лежат теперь у меня в квартире. Единственное, что осталось, - видео разрушенного дома в телефоне и воспоминания. Наш дом ВСУ расстреляли в упор из танка 18 марта. Сначала из соседней посадки, метров со ста, в потом танк заехал во двор и «добил» здание. Мы полтора часа просидели в подвале. Потом всё начало рушиться.
Российской армии или армии ДНР в это время и близко не было. В доме были только жители. И сами нацики, обосновавшиеся на пятом-шестом этажах, делали вид, что «воюют». Не успели даже выскочить - попали под раздачу своим же. Видимо, были в каком-то невменяемом состоянии.
Слава Богу, мы с супругой выжили, даже кот остался жив. Погибла только наша кошка. Нам крупно повезло: все квартиры получили по два-три попадания.
Зачем дом расстреляли? Не знаю. Как нет у меня ответа на вопрос, зачем уничтожили город...
Мы в середине мая на несколько дней возвращались в Мариуполь, встали на учёт как лишившиеся жилья. Было проведено обследование дома. Зафиксировали, что его нет, и таких домов в городе много.
По поводу компенсации за разрушенное жильё тоже пока ничего конкретного нет. Вот так и получилось, что мы потеряли то, во что вкладывали свой труд всю жизнь. Конечно, больно и обидно. Переполняют эмоции. Но надо как-то жить дальше. В центре временного пребывания мы видим рядом с собой людей, и у всех - схожие проблемы.
«ЖИЛИ В ПОДВАЛЕ ГАРАЖА»
За последние годы мы не раз сталкивались с обострениями: в 2015 году, в начале 2019-го. На этот раз стало понятно, что всё - очень серьёзно.
С приближением линии фронта к городу, мы с женой переселились в подвал гаража - слава Богу, подвал хороший. Туда же с началом спецоперации перенесли все сложенные в пакет документы. Они - на разных языках. Украинский паспорт, пенсионное удостоверение и удостоверение ветерана труда - на украинском, военный билет - на русском, профсоюзный билет - на двух языках. Дипломы один - на украинском, два - на русском. Есть даже документ на казахском: родители в своё время целину поднимали. Как оказалось, спасти документы было очень предусмотрительно...
Когда стало совсем невыносимо, несмотря на опасность, решили выскочить и уехать из города. Пока выезжали, нас обстреливали: один раз пулемёт чуть не достал; пока переезжали через мост, трижды пытались достать из миномёта. Знаю, что это была украинская армия. Армия ДНР в это время была за городом.
Думаю, истоки конфликта на Украине надо искать в 2014 году. В то время я бы тоже автомат в руки взял. А сейчас я - инвалид. Теперь же, если начали, надо доводить до конца…
МЕНЯЮ СВИДЕТЕЛЬСТВО ОБ УБЕЖИЩЕ НА РОССИЙСКИЙ ПАСПОРТ
В Сальске нас приняли хорошо: обеспечили крышу над головой, кормят. Так что, как говорится, грех жаловаться.
Пока мой основной документ - свидетельство о предоставлении временного убежища на территории Российской Федерации. Мы с женой сдали документы и ожидаем получения российского гражданства. Не понимаю только, почему на бюрократические проволочки должно уходить 90 дней...
Хорошо, что 4 мая 2022 года Президент России подписал указ об упрощённом получении российского гражданства гражданами Донецкой и Луганской народных республик. На днях Госдума приняла закон, который освобождает жителей ДНР и ЛНР от уплаты госпошлины за подачу заявления на получение российского гражданства. Но мы решили все пошлины оплатить добровольно, как готовы это сделать и многие другие беженцы, только бы сократить время ожидания. Нам пообещали, что в течение месяца паспорта получим.
Зато с медицинским полисом было проще. Пока выдали временный. Ждём постоянный...
О дальнейших планах говорить пока сложно. Единственное, что у нас сейчас осталось, чем мы больше всего дорожим, - это спокойствие в семье. А дальше будем искать работу по специальности.
Может быть, вернемся в Мариуполь. Надеюсь, город всё-таки отстроят, и он по-настоящему оживёт...
Справка «Сальской степи»: Более 60% пострадавших домов в Мариуполе не подлежат восстановлению и будут снесены и построены заново. Глава ДНР Денис Пушилин особо подчеркнул, что приморский город будет восстановлен полностью - и сейчас началась «стройка беспрецедентного масштаба».
Работы по восстановлению разрушенной гражданской инфраструктуры и жилых домов в Мариуполе силами специалистов из всех регионов Российской Федерации ведутся второй месяц. Например, Минобороны сдаст новый микрорайон на тысячу квартир в Мариуполе уже осенью 2022 года. При этом поток помощи городу не ослабевает, наоборот, он растёт с каждой неделей.
ПОДПИСЬ. Александр Голота не теряет надежды когда-нибудь вернуться в Мариуполь...
Ольга Борисова, 8(86372) 7-10-22, olya.borisova.2018@inbox.ru
salsknews.ru