Скальпель против смартфона: СЖР готов активно бороться за права журналистов

И рассчитывает на поддержку региональных отделений

Ростов-на-Дону, 18 апреля 2019. DON24.RU. Союз журналистов России будет противостоять попыткам давления на средства массовой информации в российских регионах, заявил в интервью ИА «ДОН 24» заместитель председателя Союза журналистов России Алексей Вишневецкий. Он приехал в Ростов, чтобы ознакомиться с ситуацией в региональном представительстве СЖР.

– Алексей Константинович, с чем связано ваше посещение донского края?

– Я много езжу по регионам, чтобы помочь разобраться в острых проблемах, с которыми сталкиваются журналисты. Вот и сейчас я приехал в Ростов, чтобы укрепить региональное отделение, определиться с путями его дальнейшего развития. Поясню: 17 мая состоится отчетно-выборная конференция, которая и определит следующие пять лет жизни Ростовского регионального отделения.

Ростовское отделение считается одним из важнейших в системе СЖР – оно представляет крупный регион, где работает много журналистов. Руководству союза хотелось бы более активного участия ростовского отделения в работе нашей организации. К сожалению, пока мы этого не наблюдаем. Ростовское сообщество живет само по себе, отдельно от большого союза.

Не удивительно, что за последние полтора года, прошедшие после выборов нового председателя СЖР, никто из руководства союза здесь не был, не считая секретаря союза  Владимира Касютина, принявшего участие в работе донского медиафорума.

В прошлом году возникла идея провести в Ростове инфорум – новый образовательный проект СЖР, призванный повысить профессиональный уровень журналистов. Подобные  форумы проходят в различных регионах страны и собирают лучших представителей журналистского сообщества. В прошлом году проведено 25 образовательных практикумов, столько же планируется провести в нынешнем.

– Чем привлекателен инфорум?

– Такое событие «взрывает» информационное пространство региона. Приходят сотни журналистов, из Москвы приезжают ведущие эксперты в самых разных областях, начиная от профессионального мастерства и заканчивая современными способами доставки контента. На этой площадке  журналисты не только получают возможность общения с коллегами из других регионов, но и могут отслеживать новые тенденции стремительно меняющегося медиаполя.

Союз журналистов предложил ростовскому отделению организовать в Ростове инфорум. Однако эта инициатива не нашла поддержки в руководстве отделения. Очень жаль.

Вот и выходит, что ростовское региональное отделение отдалилось от участия в решении проблем, которые волнуют журналистов всей страны. Нам очень хотелось бы , чтобы региональное отделение и журналистское сообщество Ростова включились в общую канву создания корпоративности. Мы хотим вывести корпоративность журналистов на новый уровень.

– Иначе говоря, повысить сплоченность журналистских рядов...

– Можно и так сказать. В нашей профессии появилось слишком много проблем, необходимо решать очень много задач. Одна из них – сложности с правоприменительной практикой новых законов. Иногда новые законодательные инициативы приводят к ущемлению прав работников медиарынка. Это абсолютно недопустимо. Союз журналистов будет внимательно следить за каждым таким случаем и принимать меры по защите наших коллег.

Неправильно, когда этим занимаются несколько человек в центре. Так мы не добьемся успеха. Именно поднятие корпоративного духа будет способствовать тому, что мы сможем бороться за свои права и отстаивать свои интересы. И это вопрос не только к ростовскому отделению, это касается всех отделений. Всем необходимо включаться в работу.

Очень надеемся на поддержку регионов. Ведь мы в Москве не в состоянии отследить ситуацию по всей стране. Так что ждем инициативу с мест. Там, где такое взаимодействие налажено, удается и отстаивать права журналистов, и решать спорные ситуации. Если мы сами себя не защитим, никто нас не защитит.

– Может, пассивность регионов вызвана тем, что журналисты не видят смысла в существовании СЖР?

– С одной стороны, это объективная ситуация. Конечно, в последние годы СЖР не всегда действовал как подобает. Нас критиковали, что союз замкнулся сам в себе, занимается только тем, что выдает грамоты. Отчасти эти упреки справедливы, хотя не вся деятельность СЖР была видна. Главное, что удалось сделать, – сохранить союз в очень непростые годы, несмотря на все сложности с финансированием и имущественные споры.

– Какова позиция СЖР в отношении недавно принятых законов о недобросовестной информации и оскорблении власти?

– Союз аргументированно выступал против формулировок этих законов, широкое толкование которых способно задушить журналистику. Особенно на местах, где отдельные чиновники могут трактовать эти законы как угодно. СЖР удалось внести ряд поправок во втором чтении и по крайней мере вывести из-под закона о «фейк-новостях» традиционные СМИ. Аргументация была очень простая – есть закон о СМИ, в нем прописана ответственность за недоброкачественную информацию.

Союз журналистов России неоднократно предупреждал о возможном вольном толковании  правоприменительной практики этих законов. Не прошло и нескольких дней, и, к  большому сожалению, мы уже имеем печальный прецедент – в Ярославле были блокированы местные интернет-ресурсы за публикацию фотографий, истолкованных Роскомнадзором и Генпрокуратурой как оскорбление власти.
Мы настаиваем на внесении корректировок в уже принятые законы, которые, на наш взгляд, не доработаны.

Союз журналистов стал активно вмешиваться в конфликтные ситуации, связанные с нарушениями прав наших коллег, будь то незаконное задержание журналистов полицией, нарушение закона о СМИ со стороны местных властей. Не секрет, что иногда муниципальные администрации требуют от районных газет, чтобы те приносили на визирование газетные полосы, что противоречит закону о СМИ.

Аналогичный случай произошел в Агаповском районе Челябинской области. К нам обратился главный редактор районной газеты, после чего СЖР потребовал от Генпрокуратуры разобраться в ситуации. Как результат – прокуратура напомнила главе района о недопустимости цензуры, а его пресс-секретаря оштрафовали на 5000 рублей за отказ или несвоевременное предоставление информации.

– Членская база СЖР растет или уменьшается?

– Увеличивается, хотя не все платят членские взносы. По нашим оценкам, сейчас в союзе состоит 70–75 тысяч журналистов. Только в Москве 70–80 человек вступают каждый месяц в ряды СЖР. Среди них очень известные, авторитетные журналисты. Легенда советского телевидения Александр Тихомиров никогда не состоял членом СЖ СССР, а сейчас вступил в СЖР. Так же поступил и Евгений Додолев, который всегда отказывался связывать себя обязательствами с какими бы то ни было организациями, даже в комсомоле не состоял. Люди видят – происходят перемены.

– Подавали ли блогеры заявки на вступление в СЖР?

– Я не видел ни одной такой заявки. Устав союза требует, чтобы кандидат предоставил справку с места работы. Если блогер работает сам на себя, вряд ли он сможет выполнить уставные требования СЖР.

– Интернет убьет печатные СМИ?

– Нет, никогда. Говорят что 20-летние сейчас не смотрят телевизор, не читают газет, им интересен только интернет. Но эти 20-летние станут 30-летними, 40-летними. Они вернутся к традиционным ценностям.

Газеты найдут свою нишу. Конечно же, это не информирование, как раньше. Сильная сторона газет – аналитика, комментарии, сенсационные расследования.  Найти подоплеку событий смогут только профессиональные журналисты. Никакие блогеры на это не способны. И сейчас, и через 10–20 лет будет цениться уникальная информация, контент, говоря современным языком, который создают профессиональные мастера пера.

Доступ к информации получили все, но это не значит, что все могут ее подать. Для этого  нужно учиться, нужна определенная база знаний, опыта.

Вспоминаю такой случай: в Общественной палате РФ обсуждалось будущее журналистки. Главный редактор одного крупного портала сказал, что не берет на работу людей с журналистским образованием. Контент для портала добывают обычные пользователи, которые ходят по городу и снимают все на смартфон.

И добавил: раньше у журналистов была монополия на информацию. Когда видеокамера стоила 30 тыс. долларов, телевизионщики были небожители. А сейчас у каждого есть смартфон, теперь каждый может быть журналистом.

Я возразил: скальпель стоит не дороже смартфона, но почему-то никому не приходит в голову бегать по улицам и вырезать друг у друга аппендицит. Так что журналистика по-прежнему востребована. И главное, наша аудитория прекрасно разбирается, где профессионально добытая информация, а где примитивное переписывание чужих новостей из интернета.

Комментировать

Редакция вправе отклонить ваш комментарий, если он содержит ссылки на другие ресурсы, нецензурную брань, оскорбления, угрозы, дискриминирует человека или группу людей по любому признаку, призывает к незаконным действиям или нарушает законодательство Российской Федерации

Поделиться

Комментарии

Шутки про водку и непривычная открытость: как донские студентки покоряют заграничные вузы

Три ростовчанки получили социальную поддержку от «Сколково» на получение высшего образования за рубежом

Ростов-на-Дону, 8 октября 2019. DON24.RU. Трое студентов из Ростова-на-Дону, поступившие в зарубежные вузы, получили социальную поддержку от московской школы управления «Сколково». В рамках программы «Глобальное образование» три ростовчанки – Мария Сенинец, а также Валентина и Юлия Тамбовцевы – стали обладательницами гранта на обучение за границей при условии, что, получив диплом, они не меньше трех лет проработают по полученной специальности в России. Корреспондент информационного агентства «ДОН 24» побеседовала с девушками и узнала, как приняли их далекие страны, как протекает их учеба и какие планы они строят на ближайшее будущее.

Опа-опа, Америка-Европа

Сестры Юлия и Валентина Тамбовцевы учились в Донском государственном техническом университете. По их словам, о возможности получить грант на высшее образование за границей они узнали на одной из международных выставок, проходивших в Ростове в 2016 году. И воспользоваться ею они решили сразу.

«Нам оставалось поступить в зарубежный вуз и пройти отбор среди возможных участников, заполнив анкету на сайте и предоставив документ о поступлении. Для этого не требовалось сдачи дополнительных экзаменов или написания научных статей», – рассказали девушки, уточнив, что наличие опыта работы и опубликованных статей все же были при отборе преимуществом.

Сейчас сестры проходят обучение по направлению «Инженерные кадры» в Техасском университете в Остине, США.

Мария Сенинец же получила степень магистра в ДГТУ и совмещала преподавание на кафедре «Мировые языки и культуры» там и в Центре международного обучения и тюнинга. Во время учебы в магистратуре она изучала испанский как второй иностранный язык, контактировала с испаноязычными партнерами вуза, координировала работу дискуссионного клуба на кафедре, а также занималась переводом текста меморандума о российско-испанском сотрудничестве, подписанного в целях распространения в России изучения испанского языка.

Поняв, что этот язык стал занимать все большее место в ее жизни, она решила, что хочет познакомиться с образовательной системой Испании изнутри.

«Вопрос страны обучения был для меня предопределен. Что касается университета, то тут тоже у меня не было сомнений. Как только в списке программы появился Автономный университет Мадрида, я сразу начала поиски научного руководителя. Это очень престижный университет в Испании. Кроме того, Мадрид – это столица Испании, административный, культурный, политический и географический центр», – поделилась ростовчанка.

С 2016 года Мария проходит обучение по направлению «Педагогические кадры».

Приветливые американцы и открытые испанцы

Рассказывая о том, как проходил процесс вливания в студенческое сообщество других стран, все три девушки признались, что проблем у них с этим не было. И в США, и в Испании к гостям из России отнеслись дружелюбно.

«США – страна удивительного культурного и национального разнообразия, поэтому здесь не принято судить человека по тому, где он родился или откуда приехал. Поначалу было сложно приспособиться к необыкновенной приветливости и открытости американцев, но это сложно назвать дискомфортом. Скорее наоборот, возможностью научиться у них дружелюбию и уважительному отношению к окружающим. За два года, проведенных в Америке, мы ни разу не столкнулись с отрицательным к нам отношением из-за того, что мы из России», – признаются Валентина и Юлия.

Мария, в свою очередь, призналась, что с испанцами ей приходится сложновато, но всему виной разнообразный и быстрый испанский язык.

«До поступления у меня был сдан международный экзамен DELE по испанскому на уровень В2. Потом, уже в Мадриде, я прошла обучение в официальной школе языков на уровне С1 и сдала соответствующий экзамен. Официальные школы языков в Испании – это государственные учреждения, дипломы которых ценятся выше, чем международный экзамен DELE. Но тем не менее когда, например, мы в университете идем на обед, я все еще не могу полноценно участвовать в беседе. Если в ней принимают участие несколько человек из разных регионов Испании, а также из стран Латинской Америки, я просто не успеваю обрабатывать информацию и выдавать реакцию, так как они очень быстро говорят, все с разными акцентами, и не ждут паузы, чтобы вставить свой комментарий, постоянно перебивают. Это не считается грубым, но только в неформальной обстановке», – рассказывает девушка.

Она добавила, что в менталитете испанцев также есть некоторые вещи, к которым ей было сложно привыкнуть.

«Испанцы любят задавать очень личные вопросы малознакомым людям, чем иногда ставят меня в ступор. Вообще, многое, что в России считается дурным тоном, здесь норма. В университете, например, между студентами и преподавателями нет никакой субординации. Да, скажете демократия, но я знаю, какие неудобства это доставляет преподавателям. При этом преподаватели могут прийти в университет в спортивном костюме или в шортах. У нас так не принято», – отмечает Мария, подчеркивая, что большинство испанцев – очень открытые и дружелюбные люди.

Впрочем, стереотипы о русских все же бытуют и в той стране, и в другой.

«Самые распространенные стереотипы – это то, что в России круглый год зима и медведи по улицам ходят!» – смеются Юлия и Валентина.

Испанцы же в этом отношении оказались оригинальнее, хотя и не намного:

«Часто приходится слышать шутки про шпионаж. А еще классический вопрос: «Как ты там живешь в этом холоде?» И когда я говорю, что в Ростове летом +40, это вызывает недоумение. Я помню, на одном семинаре со студентами магистратуры зашел разговор о России, и один студент сказал, что он про Россию знает только три слова: водка, холод, коммунизм. Да, медведи с балалайками уже не в моде», – заметила Мария.

По ее мнению, на формирование подобных стереотипов во многом влияют местные СМИ.

«В Испанию доходят только самые странные новости. Например, что в Сибири люди отравились шампунем (когда был случай с настойкой боярышника) или что гражданку Испании приговорили к пяти годам тюрьмы, за то, что она украла в аэропорту Пулково всего лишь губную помаду. В то время как она была задержана до выяснения обстоятельств кражи косметички с украшениями на достаточно крупную сумму, которую она, к тому же, украла прямо под камерой видеонаблюдения. Много мемов про Россию появляется в социальных сетях при любом удобном случае. Из последних, например, помните парня из УРФУ, который хотел сфотографироваться возле президента? Я впервые узнала о нем от испанских друзей, приславших мне мем-гифку с подписью «Как выиграть путевку в ГУЛАГ», – рассказывает девушка.

Научная семья

Несмотря на то что и американская, и испанская система образования кардинально отличаются от российской, все три девушки отзываются об учебном процессе крайне положительно.

«Поначалу было очень сложно приспособиться к учебному процессу, но со временем стали четко видны его преимущества. Архитектурная школа Техасского университета является одной из лучших в США и дает возможность студентам без получения степени бакалавра архитектуры получить степень магистра архитектуры, что невозможно сделать в России. Нам открыт доступ к многочисленным инновационным технологиям, таким как 3D-принтеры, лазерные установки, деревообрабатывающие станки и дроны, что позволяет воплощать самые креативные идеи в жизнь. Каждый из преподавателей Архитектурной школы имеет стаж работы в лучших архитектурных фирмах Америки, а также в самых престижных университетах, благодаря чему возможен баланс между теоретическим материалом и практическими навыками», – делятся сестры Тамбовцевы.

Мария Сенинец тоже признается, что учеба в аспирантуре не дается легко, и дело тут в ее специфике – аспирантам предоставляется практически полная автономия. То есть у них нет общей для всех образовательной программы.

«В первый семестр аспирант совместно с научным руководителем разрабатывает план проведения диссертационного исследования, который утверждается координационным советом программы. У каждого аспиранта он свой, индивидуальный, и со многими, кто обучается по этой же программе, я просто не знакома. Основными попутчиками на моем пути стали участники исследовательской группы по наднациональной образовательной политике GIPES. Это уникальное междисциплинарное сообщество педагогов, исследователей, аспирантов и студентов, объединенных общими темами исследований. А еще это мощный источник информации по узкой тематике. В рамках группы проводятся различные образовательные мероприятия, проекты, пишутся совместные научные работы и так далее. Именно участники исследовательской группы стали моими вдохновителями, единомышленниками и друзьями, которые всегда готовы подсказать и помочь. Это моя научная семья», – признается Мария.

А потом – назад в Россию, знания применять

Несмотря на то что до завершения обучения еще далеко – сестры Тамбовцевы окончат магистратуру в 2020 году, а Мария Сенинец защитит диссертацию в 2021 году, – девушки уже задумываются о том, что будут делать по возвращении в Россию.

Мария отмечает, что защита диссертации – это только начало научной жизни исследователя. Она планирует разместить публикации результатов своей работы в различных научных изданиях – на испанском, русском и английском языках. А затем – вернуться в Ростов, где она надеется принести пользу.

«В программе помимо списка зарубежных университетов для обучения есть список рекомендованных работодателей. Мой родной ДГТУ входит в этот список. Мне хотелось бы работать на развитие отношений с Испанией и испаноговорящими странами, в том числе с целью проведения педагогических сравнительных исследований. Я думаю, такой обмен опытом, идеями и результатами исследований был бы очень полезен», – считает девушка.

Она подчеркивает, что в России ученые ориентируются на англо-американский опыт, в то время как, на ее взгляд, в Испании и Латинской Америке есть сильные научные школы, которые мало известны российской академической общественности:

«Российские научные школы тоже малоизвестны в испаноговорящем мире. При этом труды российских педагогов прошлого (Толстого, Макаренко, Выготского) очень ценятся там. Установление диалога между испаноговорящими и русскоговорящими педагогами-исследователями я вижу как свою профессиональную миссию в долгосрочной перспективе».

Юлия и Валентина, в свою очередь, рассчитывают получить достойную работу в одной из архитектурных фирм Ростова, с которой сотрудничает программа «Глобальное образование». Однако, на их взгляд, сегодня список подходящих работодателей невелик, и они надеются, что за год он расширится.

«Несмотря на то что Ростов является нашим приоритетным местом поиска будущей работы, мы открыты всем возможностям и будем рассматривать также и другие города, так как уверены, что навыки, полученные в США, будут востребованы во многих архитектурных фирмах по всей России», – добавляют девушки.


Лента новостей

Загрузить еще