Врачебная ошибка или роковой случай: две девушки из Батайска не могут ходить после эпидуральной анестезии
Ростовская область, 19 апреля 2023. DON24.RU. Две девушки из Батайска потеряли возможность свободно двигаться после эпидуральной анестезии. Корреспонденту ИА «ДОН 24» удалось узнать, что произошло с девушками в тот день и как они живут сейчас.
Укол больнее схваток
Елена очень хотела рожать у того же врача, что и ее мама. Она заранее договорилась с больницей и надеялась на скорую встречу с ребенком. Однако дни в больнице стали последними, когда молодая девушка могла свободно двигаться.
«У меня были схватки девять часов. Каждый раз, когда к нам заходили врач и анестезиолог, они предлагали сделать эпидуралку. Я про нее особо ничего не знала, кроме того, что делают укол в спину. Я слышала, что делают еще капельницы с «Ношпой», хотела сделать ее», – рассказывает Елена.
Врачи сказали роженице, что капельница эффекта не даст. После еще нескольких посещений докторов, девушка все же согласилась снять боль.
«Когда мне вкололи анестезию, была резкая боль во всем теле, как будто током бьет. Я закричала. Врач возмутился, мол, вот ты схватки терпела, а укол потерпеть не можешь. У меня такое состояние предобморочное было, в ушах звенело, и я ничего не слышала», – продолжает рассказ девушка.
Елена отметила, что после укола у нее начали неметь ноги. Она не могла встать со стула и ходить. Через полчаса девушке поставили вторую дозу, а после еще несколько. После родов проблемы не отступали: она не могла ходить в туалет и с трудом передвигалась на ногах. Несмотря на это, через восемь дней ее выписали из роддома.
«Где-то недели через три началось резкое ухудшение. У меня полностью отказали стопы и ноги. Я не могла стоять, стопы «от себя» как-то шевелились, «на себя» не шевелились вообще», – делится собеседница.
Через полгода реабилитаций, уколов, массажей и таблеток у девушки заработала правая стопа, через девять месяцев – левая. Потом начала передвигаться с помощью ходунков и с палочкой.
Видео: «Батайск город», «ВКонтакте»
До палаты на коляске
Наталья лежала в той же палате, что и Елена. Девушки друг друга не знали, пока не стали сестрами по несчастью. К слову, анестезию Наталье ставили первой.
«Мы когда лежали, у нас были сильные схватки. Я рожала 16 часов, а на 12-м попросила сделать эпидуральную анестезию. Они и сами постоянно предлагали ее», – рассказывает девушка.
По словам Натальи, сразу после укола она не чувствовала ног и не могла встать со стула. До палаты ее везли на коляске.
«У меня болела спина. Когда я родила, у меня началась сильная боль в голове. Все два часа я еле отлежала. Когда перевезли в палату, я не вставала до самого утра», – вспоминает Наталья.
На следующий день онемение в ногах не прошло.
«Я могла дойти до душа, но шла еле-еле. Один раз я упала в туалете, с трудом поднялась. Потом перед выпиской упала, у меня ноги отказали», – продолжает рассказ собеседница.
Наталья заметила ухудшение спустя месяц, после чего начались долгие реабилитационные процедуры.
«Начался процесс реабилитации, но мне нужно было сделать операцию на голове. После этого ситуация снова ухудшилась. Я начала восстанавливаться после операции еще раз. Но без помощи рук ходить не могла. Где-то через полгода мне снова стало хуже. Мне сделали операцию на спину. У меня там образовались кисты», – пояснила девушка.
Видео: «Батайск город», «ВКонтакте»
Эпидуральная гематома
Изначально обе девушки делали МРТ, результаты которых показали, что у них образовались эпидуральные гематомы.
По словам врача анестезиолога-реаниматолога высшей квалификационной категории, доцента кафедры анестезиологии и реаниматологии РостГМУ Алексея Бычкова, такие случаи бывают, но редко.
«Одно из осложнений – это так называемая эпидуральная гематома. Она образуется в результате попадания иглы в сосуд, находящийся в эпидуральном пространстве. Чаще всего это осложнениями не заканчивается. Но из-за каких-то особенностей может образоваться эпидуральная гематома, т. е. много крови скапливается в эпидуральном пространстве и сдавливает нервы. Она может привести в том числе к двигательным нарушениям», – рассказал доцент.
Врачи не дают прогнозов
Обе девушки за два с половиной года успели немного встать на ноги. Они гуляют с детьми и все еще проходят реабилитацию.
«На данный момент у меня шаткость, слабость. Ну вот мы наравне с моим ребенком: ему два с половиной года, а мы бегаем на равных», – рассказывает одна из девушек.
Врачи не могут сказать точно, восстановятся ли когда-нибудь пациентки. Наталье, например, необходимо делать операцию в Москве. После этого, по ее словам, есть шанс на то, что она снова сможет ходить. Однако на все эти затраты необходимы деньги.
На сегодняшний день только одной из девушек удалось добиться возмещения ущерба от больницы. Елена наняла адвоката, сделала экспертизу и через суд добилась выплаты в размере полумиллиона. Наталья также сделала экспертизу и будет добиваться компенсации через суд.
«Мы собираемая подавать апелляцию в Ростовский суд. Мы подавали изначально на 5 миллионов, естественно, это много и никто не заплатит, но хотя бы миллион. Роддом предложил нам 100 тысяч, ну а мы пошли дальше», – рассказала Елена.
Корреспондент ИА «ДОН 24» попыталась связаться с врачами ЦГБ Батайска, однако на момент публикации это не удалось, трубку на том конце провода никто так и не поднял.
Нецензурная брань, коррупция и кража холодильника, или адвокатские истории Владимира Лившица
Ростовская область, 4 февраля 2026, DON24.RU. В Донской государственной публичной библиотеке в Ростове-на-Дону прошла встреча с известным адвокатом Владимиром Лившицем. Он представил свою книгу «Защита Лившица» – сборник рассказов, написанных в разное время и основанных на реальных делах из его практики. Истории оказались настолько популярны среди юристов, что их цитировали в реальных судебных процессах другие адвокаты и даже прокуроры.
Владимир Лившиц и главный редактор ИА «ДОН 24» Виктор Серпионов
Фото: Елизавета Ростовская
На обороте книги есть предупреждение о наличии нецензурной лексики. Это сделано не случайно: во-первых, так требует закон, а во-вторых, это своеобразный маркетинговый ход.
«Хочу сказать, что брани как таковой здесь нет. То есть никто не ругается, но замечательные слова, которые существуют в русском языке и которые я стесняюсь устно произносить просто потому, что они эстетически звучат не очень хорошо на сцене, а на письме – самое то!» – рассказывает автор книги.
Каждый интеллигент в душе писатель
Владимир Львович признается, что никогда не стремился к писательству и даже сейчас не может назвать себя писателем. Однако он считает, что любой интеллигентный человек в какой-то степени писатель, поскольку способен излагать свои мысли письменно.
Даже простое желание закурить можно выразить так, что оно превратится в литературу: «Эх, закурить бы, подумал шофер, подъезжая к бензоколонке…Покойному было двадцать пять лет». Вот вам и литературное произведение с социально значимым, острым и драматическим сюжетом.
«Что уж говорить об адвокате, который всегда находится в центре какой-нибудь драматической истории и вынужден об этом писать», – отметил Владимир Лившиц.
А можно и так: берешь анекдот, пересказываешь, приукрашиваешь, добавляешь соответствующую сюжету лексику, записываешь, редактируешь – и вот тебе шедевр!
«Просто, как валенки», – отметил Владимир Львович.
Не только пишет, но еще и рисует
Оказалось, Владимир Лившиц причастен не только к тексту своей книги, но и к ее оформлению. Небольшая иллюстрация на четвертой странице тоже создана им.
Перед публикацией выяснилось, что в книге осталась одна пустая страница, что стало проблемой для издательства, поскольку в печатном листе восемь страниц, а их общее количество в книге должно быть кратно восьми или 16. Тогда Владимир Львович, со свойственной ему находчивостью, предложил добавить страницу с его собственным рисунком. Получив добро, он отправился в ближайшее кафе, где попросил ручку с карандашом, и вскоре на свет появилась замечательная иллюстрация.
Автор рисунка: Владимир Лившиц
Фото: Елизавета Ростовская
На рисунке изображена женщина с чуть сползшей повязкой на глазах. В одной руке она держит меч правосудия (больше похожий на нож), а другой придерживает механические весы. Это авторская интерпретация образа Фемиды. Рядом с ней стоит молодой прокурор – его юность выдает то, что вместо брюк на нем пока только нижнее белье.
По словам автора рисунка, эти двое «пытаются добыть истину», которая стоит тут же в зале. На столе перед ними лежат яблоки, они же доказательства по делу, которые герои пытаются поделить. Однако им мешает третий персонаж, грозно указующий в их сторону пальцем. Вероятно, так Лившиц изобразил адвоката.
«Заметьте, он ближе всех находится к истине», – подмечает Владимир Львович.
Также под столом, рядом с прокурором, сидит кот. Однако, в отличие от работ Босха, здесь этот зверек не несет дьявольского символизма. Как пояснил художник, кот появился лишь для того, чтобы заполнить пустое пространство рисунка.
Когда рассказы участвуют в судебных процессах
Рассказы Владимира Лившица не только увлекательны, но иногда находят неожиданное применение. Некоторые адвокаты используют их в судебной практике.
Например, в рассказе «Немного джаза» вор выносит из квартиры через пролом в потолке, сделанный сантехниками, телевизор и холодильник «Зил», вес которого примерно 110–120 кг.
« Я усомнился в том, что через отверстие диаметром 30 см при пятиметровых потолках можно вытащить холодильник «Зил». К счастью, тогда были народные заседатели, которые сказали: «Да, вообще нельзя». В итоге подсудимого оправдали», – рассказал Владимир Лившиц.
Позже в Таганроге знакомый гособвинитель поделился с Лившицем забавным случаем. Один адвокат, защищая клиента, в похожем деле о краже холодильника через пролом в стене сослался на рассказ «Немного джаза» как на судебный прецедент, на что судья ему сказала: «Лившица из себя не стройте». Это не единственный пример, когда творчество писателя становилось частью судебного разбирательства.
Неожиданная реклама от прокурора
На одном из судебных заседаний адвокат Владимир Лившиц готовился к ответному слову, конспектируя важные моменты из речи прокурора. Внезапно он с удивлением понял: прокурор дословно зачитывает текст из его собственного рассказа. А звучал он так:
«Некоторые циники от юриспруденции утверждают, что гражданские дела выигрывает тот, кто лучше соврет. Я категорически не согласен! Такие утверждения создают ложное представление о судопроизводстве и дезориентируют граждан, желающих отстаивать в суде свои права и законные интересы. Любому практикующему адвокату известно, что хорошо соврать – это лишь первая половина пути к успеху. Вторая половина – сделать так, чтобы этому поверили. И если первая половина относится к области науки, то вторая – это уже искусство. Что касается науки, то здесь все просто: в одну руку берешь норму права (в качестве общего правила), в другую – рассказ клиента (в качестве частного случая) и нахлобучиваешь одно на другое. Если не получается, то добавляешь нужные детали или убираешь ненужные. Это называется построение силлогизма и относится к формальной логике, которую проходят на первом курсе университета. С искусством посложнее. Тут главное – не перепутать, что и в какую руку положить. Я имею в виду, конечно, доказательства и их использование в ходе рассмотрения дела в суде».
После этого обвинитель указал на автора этих строк, то есть на Владимира Лившица и заявил: «И как можно после таких слов верить этому человеку?»
Владимир Львович поблагодарил прокурора за невольную рекламу и объяснил, что цитата вырвана из иронического контекста. Это был рассказ «Кобелиная песня», повествующий о том, как стаффордширский бультерьер съел пекинеса, и ирония заключалась в том, что реальный процесс больше напоминал «Ледовое побоище», где результат определялся не фактами, а административным ресурсом сторон. При таких обстоятельствах было уже неважно, кто кого съел – важно лишь, у кого «хвост длиннее».
Взгляд на коррупцию
«Коррупция в России всегда была и будет предметом глубокой озабоченности. Озабоченность проявляют все: министерства и ведомства, управления и департаменты, отделы и службы, должностные лица и граждане. Равнодушных тут нет», – с этих строк начинается рассказ «Принц и Нимфа».
Юг нашей необъятной, и особенно Ростовская область, в общественном мнении часто считается регионом с высоким уровнем коррупции. На вопрос о том, какова отличительная особенность коррупционных схем на Дону, Владимир Лившиц ответил, что они ничем принципиально не отличаются от аналогичных на Кубани или на Неве.
«Нынешняя кампания по борьбе с коррупцией, так же как все предыдущие и все последующие, может привести к системным изменениям, а может и не привести», – подытожил адвокат.
