Дорога жизни – долина смерти, или Страсти у пересечения линии разграничения в Донбассе

Ростовская область, 24 июля 2020. DON24.RU. Ничто не вызывает в республиках Донбасса столько жарких дискуссий, как ситуация на пропускных пунктах через линию соприкосновения с Украиной. На ее фоне поездки в Россию для живущих в Донецке и Луганске вообще не являются болезненной темой, разве что людям хочется еще большего комфорта вроде расширения пропускной способности пограничных переходов и давно ожидаемого запуска прямых поездов.

В отношении Украины у спорящих в ДНР и ЛНР все чаще ставится под вопрос сама надобность поездок «на ту сторону»: пересечение гражданами линии соприкосновения с каждым годом для республик порождает куда больше проблем, чем, чем выгод. Сегодня то, что изначально было призвано разрядить гуманитарную ситуацию в зоне конфликта, все чаще используется Киевом в качестве инструмента нагнетания ситуации. Почему это происходит, мы постараемся разобраться вместе с нашим специальным корреспондентом в ДНР.

Автобус до блок-поста

Пропускная система для поездок через линию разграничения в Донбассе была введена по инициативе украинской стороны в январе 2015 года. Немногим ранее, с подачи того же Киева, в конце осени 2014 года были обозначены транспортные коридоры, по которым могло осуществляться движение. Таковых было выделено семь для железнодорожного сообщения, однако пассажирское движение по ним либо прекратилось в первые дни войны и более не восстанавливалось, либо просуществовало после прекращения боевых действий весьма недолго. Причина оказалась простой: Украина отказывалась возвращать пассажирские вагоны после пересечения линии соприкосновения. Поэтому по железной дороге возили грузы между предприятиями украинских олигархов вплоть до начала 2017 года, пока радикальные необандеровцы не устроили экономическую блокаду ДНР и ЛНР. Сейчас эти участки в прифронтовой полосе пребывают в глубоком запустении.

Куда лучше оказалась ситуация с автомобильным и пешеходным сообщением. Для этого было выделено шесть коридоров, из которых использовалось пять. Два из них достались ЛНР – в районе Станицы Луганской и в поселке Золотое на Бахмутском тракте, впрочем у Станицы состояние моста через Северский Донец допускает только пешеходное сообщение, а на Бахмутке движение с Украиной так и не было открыто из-за постоянных «прилетов» с той стороны. Еще один коридор в районе города Счастье использовался для нужд международных организаций, обменов пленными и передачи украинской стороне платы за воду: водозаборы на Северском Донце контролирует Киев. Тем не менее недавно власти ЛНР начали работы по возведению автомобильных КПП в Золотом и в районе Счастья: раньше этот сегмент перевозок осуществлялся через ДНР, однако пандемия резко усложнила сообщение даже между республиками.

Четыре транспортных коридора достались ДНР с пропускными пунктами на северной окраине Горловки (более известен как Майорский блокпост), между Донецком и Марьинкой (он же – Александровский блокпост), южнее поселка Еленовка на трассе Донецк – Мариуполь (в народе называется Перлина, то бишь жемчужина, в честь одноименного придорожного ресторанчика) и возле села Гнутово на старом тракте Мариуполь – Таганрог, по которому когда-то ездил Пушкин на Кавказ. До Перлины и Александровского блокпоста из Донецка до пандемии ходил вечно переполненный пригородный автобус, к Майорскому блокпосту, находящемуся в черте Горловки, вообще можно было подъехать обычной городской маршруткой. Сквозного официального движения рейсового транспорта через линию соприкосновения в этих коридорах не существует, хотя до пандемии там активно курсировали микроавтобусы нелегальных перевозчиков.

Особенностью всех пропускных пунктов на линии разграничения является то, что работают они не круглосуточно, а только днем, поэтому все стараются попасть туда как можно раньше утром. Для этого часто приходится выезжать по комендантскому часу, особенно тем, кто хочет обернуться одним днем. Другой столь же важный момент: пропускные пункты каждой из сторон чаще всего разделены весьма обширной «серой зоной», пересекать которую пешком разрешается далеко не всегда.

Предъявите пропуск

В начале нашего повествования мы уже говорили, что для поездок через линию соприкосновения нужен пропуск, выдаваемый украинской стороной в соответствующем порядке. Изначально пропуска печатались на бланке плотной бумаги и чем-то внешне напоминали размещаемый под ветровым стеклом автомобиля талон техосмотра. Для их получения надо было приехать на украинский КПП, сдать пакет документов, после чего явиться за ответом через десять дней. Однако от бумажных пропусков вскоре отказались: для подделки бланка хватало мощностей не то что типографии, но даже салона полиграфических услуг. Вместо этого ввели электронные пропуска, представляющие собой замысловатый номер в базе данных, а отсканированные документы отныне отправлялись в Киев по электронной почте.

Со своей стороны ДНР и ЛНР до начала нынешней пандемии пропускной режим на линии разграничения не вводили. Однако если въезжающий в республики Донбасса гражданин Украины был постоянно зарегистрирован за пределами Донецкой и Луганской областей, то у него либо должна была иметься приглашающая сторона, либо присутствовать иные веские основания для вояжа. Прибыть в качестве туриста для такой категории было практически нереально, даже через территорию России: неоднократно имели место случаи, когда даже достаточно известным украинским путешественникам, не соизволившим обзавестись принимающей стороной, власти республик отказывали во въезде.

С весны 2020 года все стало в несколько раз строже: эпидемиологическая ситуация в республиках Донбасса вызывает куда меньше опасений, чем по другую сторону линии разграничения, поэтому Донецку и Луганску также пришлось ввести разрешительные меры для ее пересечения. На ту сторону свободно пропускают только тех, кто имеет прописку на подконтрольной Киеву территории, во всех остальных случаях необходимо подавать заявку в Межведомственный штаб по противодействию распространению коронавирусной инфекции для включения в списки – либо лично, либо по электронной почте. Количество оснований для получения разрешения на поездку – минимальное: болезнь либо смерть близкого родственника, воссоединение семьи, вызов на учебу или работу. Заявка рассматривается две календарные недели, в случае принятия положительного решения называют дату и пропускной пункт, куда нужно явиться.

Заложники пенсионных выплат

Наибольшую обеспокоенность столь серьезные ограничения вызывают среди пенсионеров, которых только в одной ДНР насчитывается 650 тысяч человек. Из них, по данным украинской стороны, за назначением пенсии хотя бы раз обращались 90% получавших ее на начало 2014 года, однако до нынешней весны регулярно ездила за выплатами примерно половина пенсионеров. Для остальных такие «путешествия» просто не под силу: ездить на подконтрольную Киеву территорию надо не реже одного раза в 59 дней для прохождения верификации в банке, иначе пенсию придется оформлять заново.

Не хочется выглядеть жестоким и бессердечным человеком, однако регулярное общение с пересекающими линию разграничения, хотя бы в том же общественном транспорте, вряд ли способно вызвать положительные эмоции. Таких людей достаточно легко отличить: они ведут себя не то чтобы агрессивно, но весьма нахраписто и способны с нагруженной «кравчучкой» (она же «кучмовозка» – сохранившееся от «лихих девяностых» жаргонное название складной тележки для перевозки сумок) втиснуться в переполненный автобус, оттаптывая пассажирам ноги. Впрочем, их можно понять: в условиях многочасового стояния в очередях на линии разграничения нахальство действительно является вторым счастьем.

Зимой 2014–2015 годов поездки пенсионеров из ДНР и ЛНР на ту сторону являлись настоящей «дорогой жизни»: республикам потребовалось почти полгода для выстраивания собственной банковской системы и своей системы пенсионного обеспечения. С апреля 2015 года в республиках возобновились пенсионные выплаты, однако желающим было позволено получать и украинскую пенсию. Сейчас сколько-нибудь настоятельной необходимости в таких поездках нет: размеры пенсий в республиках даже превзошли таковые на Украине и составляют в среднем 5000 рублей в месяц. Прожить на такие деньги, конечно, можно, хотя считать придется каждую копейку.

Украинская пенсия в нынешних реалиях превратилась в неплохое подспорье, однако ради него зачастую приходится жертвовать самым дорогим: подобные столпотворения в условиях, когда на тебя сваливаются все «подарки» той самой «небесной канцелярии», никак не способствуют сохранению сил и здоровья у отправляющихся в столь нелегкий путь. Летальные случаи на линии разграничения до введения карантинных мер фиксировались ежемесячно, а иногда и по нескольку раз в месяц, редкая неделя обходилась без вызова «скорой». Для сравнения: регулярно ездящим через границу республик Донбасса с Россией трудно припомнить, чтобы на их памяти кому-нибудь пришлось серьезно обращаться за медицинской помощью, ибо такие случаи относятся к разряду исключений. Как минимум потому, что пересекать российскую границу чаще всего приходится в достаточно комфортных условиях, поездом или автобусом, а пешие очереди в Успенке или Изварино даже и близко не смогут сравниться с выстраивающимися на блок-постах украинского направления.

Но самое главное в том, что подобный «пенсионный туризм» является ничем не прикрытой дискриминацией донбасских пенсионеров официальным Киевом: и у того, кто может поехать, и у того, кому такая поездка не под силу, высчитывались из заработка отчисления в Пенсионный фонд Украины. Разумеется, это не способствует росту согласия в обществе: рост неприязни к ездящим на Украину, особенно со стороны не могущих поехать и их родственников, растет с каждым днем, «ездунов» (так называют эту категорию) весьма часто называют шкурниками, готовыми продаться бандеровцам за миску чечевичной похлёбки. Те, в свою очередь, активно огрызаются: стоит в соцсетях заикнуться о несправедливости подобной дискриминации пенсионеров, как на тебя набросятся орды «ездунов». Главным тезисом с их стороны будет: «Не смейте трогать наши честно заработанные денежки!» Небезынтересно, что активными сторонниками поездок жителей ДНР и ЛНР на Украину являются всевозможные политические неудачники, ибо это хороший повод критиковать действующую власть: дескать, смотрите, насколько все в республиках плохо, если пенсионеры вынуждены ездить на поклон к врагам!

Согласно Минским договоренностям, украинская сторона взяла на себя обязательство восстановить пенсионные выплаты на неподконтрольных ей территориях еще пять лет назад, однако воз и ныне там. Более того, Красный Крест изъявил готовность обеспечивать пенсионные выплаты в республиках Донбасса, эта инициатива была поддержана руководством ДНР и ЛНР. Однако в Киеве от этого варианта напрочь отказались: госбюджет и так трещит по швам, а тут еще и задолженность за многие годы накопилась. Максимум, на что согласны украинские власти, – это установка банкоматов на пропускных пунктах и необходимость отмечаться в банке не раз в два месяца, как сейчас, а раз в полгода.

Из Донецка в Киев через Москву

Прошло несколько недель с тех пор, как был возобновлен пропуск через линию соприкосновения. В некоторой степени это позволило снять напряженность и дать возможность выехать хотя бы части тех, кто этого желал. Покидающие по гуманитарным коридорам территории республик Донбасса дают письменное согласие на то, что обратный въезд для них будет возможен только после улучшения эпидемиологической ситуации. Въезжающие в республики в обязательном порядке проходят двухнедельную бесплатную обсервацию в медицинских учреждениях, а их личный транспорт после дезинфекции отправляется на ответственное хранение. По сути дела, именно медицинскими мощностями и ограничивается пропускная способность гуманитарных коридоров. Подобные меры оказываются оправданными: в каждой партии прибывающих обнаруживаются носители инфекции.

Украинская сторона, в свою очередь, придумала очередной способ усложнения жизни тех, кто едет на подконтрольные ей территории: теперь для проезда обязательно наличие смартфона с установленной на нем следящей программой. Через определенные промежутки времени его обладатель обязан отправлять на сервер селфи с вписанными в картинку геолокационными данными как свидетельство соблюдения самоизоляции. Если селфи не было отправлено вовремя – начисляется баснословный штраф, при этом никого не волнует, что стало причиной. А если учесть, что многие пенсионеры пользоваться смартфонами не умеют, то размеры «клондайка» становятся вполне понятными. Помимо этого имеются небезосновательные опасения насчет того, что следящая программа может передавать содержимое телефона в украинские спецслужбы.

Не обходится без конфликтных ситуаций. Весьма частыми являются отрицательные ответы: кто-то неправильно оформил заявление, кто-то предоставил неполный пакет документов. Приходится подавать повторно, выстаивая очередь в общественной приемной. Приобрел широкий резонанс случай, когда в Донецке пандемия на многие месяцы разлучила ребенка-инвалида с родителями, уехавшими на украинскую сторону ухаживать за умирающей бабушкой. Люди планировали пробыть там всего пару-тройку дней, однако жизнь распорядилась иначе. За это время у них успел окончиться срок действия адресных справок, обратный въезд в ДНР стал невозможен. И только усилиями неравнодушных людей удалось добиться воссоединения семьи.

Другим источником напряженности становится несоблюдение украинскими властями договоренностей по спискам проезжающих. Например, весьма часто разворачивают тех, у кого нет смартфонов либо не работает следящая программа. Также со стороны Украины в направлении республик пропускают тех, кто не был внесен в списки. Всех этих людей ждут многочасовые мытарства в «серой зоне», пока власти республик Донбасса не изыщут для них дополнительные койки в местах обсервации.

Для тех, кому не терпится выехать на Украину, перевозчики начали предлагать такую услугу, как поездки через территорию России с пешим переходом границы. Стоит недешево, хот, с одной стороны, не надо ждать и проходить обсервацию, но, с другой, обратный выезд с территории Украины возможен исключительно по загранпаспорту: с весны этого года Незалежная по внутренним документам только впускает своих граждан, выехать же по ним за пределы страны невозможно. Надо отметить, что подобный «аттракцион» достаточно опасен: пересечение границы республик Донбасса с Россией, равно как и поездки между Крымом и Краснодарским краем расцениваются украинскими властями как нарушение государственной границы.

Путь в застенки

Помимо всего прочего поездки жителей республик на ту сторону активно используются украинскими силовиками и для вербовки сотрудничающих со спецслужбами, и для откровенного захвата заложников. В эти две категории обычно попадают те, кто проявил элементарную неосторожность: кто-то живет в районах дислокации тех или иных воинских частей, у кого-то родственники состоят на военной или гражданской службе, а кто-то сам служил или занимал ответственные должности. Недавний случай: ранее служивший в ополчение парень поехал из Донецка в Мариуполь поступать в вуз. Непонятно, что заставило его пойти на такой шаг, тем более что в ДНР для такой категории абитуриентов существуют солидные льготы. Результат оказался закономерным: сотрудники СБУ уже поджидали этого человека на пункте пропуска...

Все это заставляет задуматься об упорядочении со стороны республик Донбасса принципов пересечения линии разграничения. Безусловно, рано или поздно придется пойти на непопулярные меры. Например, такие как пропускная система, аналогичная действующей на Украине. Хочешь поехать на подконтрольную Киеву территорию – подай запрос, обоснуй необходимость поездки и подтверди отсутствие факторов риска, которые могут привести в застенки СБУ. Да, это неудобно, но в условиях войны иногда приходится поступиться многими правами и свободами.

А для сокращения масштабов «пенсионного туризма» надо стимулировать заинтересованность лиц старшего поколения в смене вектора интересов в сторону России. Например, облегчить оформление российской пенсии тем пожилым людям, кто уже получил гражданство РФ: в данный момент серьезным сдерживающим фактором является необходимость регистрации в России, что при отсутствии недвижимости и родственников является делом весьма проблематичным. Наряду с этим необходимо активное давление на Украину посредством тех же переговоров в Минске по выполнению обязательств, касающихся возобновления социальных выплат в Донбассе. Ведь по сути дела украинская пенсия и является главным фактором, заставляющим людей становиться заложниками капризов Киева на линии разграничения.

Комментировать

Выйти
Редакция вправе отклонить ваш комментарий, если он содержит ссылки на другие ресурсы, нецензурную брань, оскорбления, угрозы, дискриминирует человека или группу людей по любому признаку, призывает к незаконным действиям или нарушает законодательство Российской Федерации

Поделиться

Комментарии

Азербайджан: от турецкого проекта к большевистскому эксперименту

Азербайджан: от турецкого проекта к большевистскому эксперименту

Ростовская область, 29 октября 2020. DON24.RU. Слово «лимитроф» из научного лексикона отечественных экспертов в области политологии, прежде всего, ассоциируется со странами Прибалтики, бывшими союзными республиками канувшего в Лету СССР. Но под это определение попадают многие так называемые независимые государственные образования, возникшие на обломках Советского Союза, в том числе и в Закавказье. Среди них бывшая Азербайджанская ССР, а ныне суверенная Республика Азербайджан.

Как известно заложенные отцами-основателями СССР основы его экономического и хозяйственного существования, при реализации которого «нахлебники» (союзные окраины) паразитировали за счет «работяг» (РСФСР и Белорусской ССР), в конечном итоге привели  его к краху. А нынешний Азербайджан – типичный продукт распада советской государственной системы со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами, так как представляет собой проект, рожденный в недрах большевистского эксперимента, осуществленного на территории бывшей Российской империи, к рождению которого творческое движение  азербайджанских народных масс и их элиты не имеют никакого отношения.

Накануне распада СССР в 1990 году внутренний валовой продукт по паритету покупательной способности (ВВП по ППС) Азербайджанской ССР, численность населения которой насчитывала 7,2 млн человек, достигал 39,4 млрд долларов, что  составляло 1,9% от аналогичного всесоюзного показателя. В то же время на одну среднестатистическую душу населения этой закавказской союзной республики тогда приходилось в год 8300 долларов производства этого самого ВВП по ППС. Но при этом ежегодное потребление различных товаров и услуг в Азербайджанской ССР определялось цифрой в 16,7 тысячи долларов.

Таким образом, если учесть аналогичные показатели РСФСР, можно констатировать тот факт, что азербайджанцы в СССР жили лучше россиян в 1,4 раза, во многом за счет того, что советская Россия из трех заработанных ею рублей один отдавала на поддержание «штанов» союзным республикам, таким как Азербайджанская ССР. Правда, сегодняшний показатель благосостояния населения независимого Азербайджана  едва дотягивает до 70% от уровня жизни в Российской Федерации.

С момента создания СССР и дальнейшего осуществления ленинской внутренней политики на его просторах, направленной на создание государственности союзных окраин, целиком за счет ресурсов и среды обитания русского народа, в общественное сознание советских граждан неустанно вбивался пропагандистский штамп об окраинных народах, шагнувших из феодализма (в лучшем случае) прямо в социализм. Уже после развала Советского Союза наступил момент истины, который показал, что всей этой мишуре большевистского  интернационализма, фундаментальной основы государственного строительства СССР,  грош цена в базарный день.

После того как на месте бывших союзных республик, искусственно созданных руками большевиков государственных образований с точно такими же выращенными под социально-политический заказ титульными нациями, возникли независимые государства, их правящая элита (представленная исключительно местными кланами выходцев из партийно-хозяйственной номенклатуры КПСС) стала проводить исключительно русофобскую политику по выдавливанию россиян со своих территорий. А в качестве оправдательного аргумента псевдонаучными кругами новоиспеченных субъектов международного права, как под копирку, был запущен тезис о неких полумифических цивилизациях, существовавших некогда на здешних землях (чьими прямыми правопреемниками, само собой, разумеется, являются эти окраинные лимитрофы), уничтоженных пришлыми русскими «колонизаторами».

Хотя на самом деле исторические реалии выглядели  гораздо прозаичнее. В большинстве случаев во времена оны здесь фигурировали, как правило, дикие кочевые или, в лучшем случае, полуоседлые племена, в культурном отношении находившиеся в состоянии родоплеменных отношений, и не более того. На спешное мифотворчество и внедрение его в общественное сознание населения бывших союзных окраин требуется период жизни нескольких поколений, как минимум. Но пройти его эти искусственные государственные образования без каких-либо потрясений, даже малейших, не в состоянии. Это мы можем наблюдать по тем кровавым межэтническим конфликтам, которые периодически возникают то там, то сям на всем постсоветском пространстве.

Дело в том, что во многих языках (русский не исключение) понятия «страна» и «государство» различны по своим определениям. И далеко не всегда первое соотносится со вторым. Ведь страна – это не только единое культурно-историческое пространство, но и уходящая вглубь веков связь поколений через традиции, духовно-нравственные ценности, ощущение причастности к делам и свершениям своих предков. Но при этом не каждое государство может похвастаться единым культурным пространством даже в собственных границах. А уж про искусственные государственные образования советского пошиба и говорить не приходится.

 Во время революционных событий 1917 года на исторической территории  страны под названием Россия, на собственно русской земле образовалось сразу несколько государств. В самом конце XX века все повторилось, словно в кошмарном сне. Тогда после августовского путча 1991 года на территории исторической России возникло уже более десятка государств. В тот момент, когда наш президент говорил о «подарках русского народа», которые бывшие союзные республики утащили с собой, сам собой возник логический вопрос: а имелось ли у них что-либо свое, исконное?

Еще задолго до этого ныне покойный профессор Высшей школы экономики Владимир Махнач в своем труде «Идеологические технологии» при оценке событий развала СССР с точки зрения территориального вопроса предлагал различать земли Российской империи и исторической России. Между прочим, несколько ранее первый президент постсоветской России Борис Ельцин уже в первые годы ее существования устами своего пресс-секретаря Павла Вощанова заявил, что «Российская Федерация не ставит под сомнение конституционное право каждого государства и народа на самоопределение. Однако существует проблема границ,  неурегулированность которой возможна и допустима только при наличии закрепленных соответствующим договором союзнических отношений. В случае их прекращения РСФСР оставляет за собой право поставить вопрос о пересмотре границ». Но дальше констатации данного факта дело не пошло, так как западные «партнеры» выразили свое неудовольствие, а окружение Ельцина никак на это не отреагировало.

Но это нисколько не помешало вышеупомянутому профессору на страницах своего труда утверждать следующее: «Туркестан, Кавказ (кроме казачьих областей), прибалтийские государства (может быть, без Латгалии) и Тува –  это части исторической Российской империи. Но большая часть Казахстана (почти весь, может быть без Джамбульской области), Украина и Белоруссия, Приднестровье – это части исторической России. И когда мы начинаем размышлять над тем, имеем ли мы право принять осетин и абхазов, которые сами к нам просятся, и как на это посмотрит вашингтонский обком, надо понимать, что они просятся потому, что это имперские территории. А когда речь идет об исторической Руси, это вопрос бесспорный. Русские оказались рассеченной, разделенной нацией. Но в таком положении оказались не только русские, а и лезгины. Часть лезгин оказалась в Российской Федерации, часть – в независимом Азербайджане. Но лезгины Азербайджана не хотят жить в независимом Азербайджане, они хотят по-прежнему жить в Большой России, но, так сказать, не съезжая с места. Они хотят со своей землей в Россию. Вообще говоря, это их право. Земля-то их».

Из чего следует, что все вышеперечисленные проблемы не обошли стороной и бывшую Азербайджанскую ССР, сколоченную большевиками из двух закавказских губерний прежней Российской империи: Бакинской и Елизаветпольской. Все дело в том, что каких-нибудь сто лет назад никаких азербайджанцев не существовало и в помине. Тогда этнографическая карта этих административно-территориальных единиц отличалась своей пестротой и чересполосицей, как, впрочем, и на всех остальных территориях, располагавшихся южнее Главного Кавказского хребта.

А нынешний азербайджанский этнос был собран большевиками из различных народностей, проживавших на территории современного Азербайджана в дореволюционные времена. В «Алфавитном списке народов, обитающих в Российской империи», составленном по итогам всероссийской переписи населения 1897 года, основная масса этносов, населявших территории Бакинской и Елизаветпольской губерний, принадлежала к двум языковым группам: тюркской и иранской.

К первой относились кавказские татары, каджары, и казахи (не путать с современными носителями этого этнонима), в большинстве своем по религиозным воззрениям мусульмане-сунниты. Вторые были представлены талышами , татами и курдами, которые предпочитали ислам шиитского толка. Различались они не только по религиозному признаку, но и по среде обитания. Тюрками, как правило, были населены уезды Бакинской губернии, а их соседи облюбовали окрестности Елизаветполя (ныне Гянджа). При этом в самих административных губернских центрах данные этносы не составляли большинства населения, уступая в них пальму первенства в первую очередь армянам и русским.

Но, что самое удивительное, Азербайджан, или, как его именовали век тому назад, Адербейджан, тогда представлял собой, как говорилось в первом томе «Военной энциклопедии», изданной известным книготорговцем и издателем Иваном Сытиным в 1911–1915 годах, «генерал-губернаторство Персии, занимающее северо-восточную ее часть». Сегодня на этой территории располагаются иранские останы (провинции) Ардебиль, Зенджан, Западный и Восточный Азербайджан. В отечественных научных кругах советской поры эту северную часть Ирана (или Персии, как кому нравится) именовали Южным Азербайджаном, неофициальным административным центром которого является древняя персидская столица Тебриз, в более ранние времена называвшаяся Тавризом.

Возникает вопрос: при чем здесь современный Азербайджан и его жители? Действительно, ни при чем. Так было угодно распорядиться большевикам. Но все по порядку. Если и существовали какие-либо полумифические древние царства-государства на западном побережье Каспийского моря, то все они пропали бесследно, попав под каток арабских завоевателей, которые в VII веке вторглись в Закавказье, неся на остриях своих мечей и копий не только разрушение привычного государственного уклада жизни на местах, но и новое религиозное верование – ислам.

В XIII веке их разрушительную миссию повторили монгольские завоеватели. Все это существенно изменило этнографическую картину на западном побережье Каспийского моря. К тому же с XVI века эти земли стали ареной жесточайшего геополитического противостояния двух крупнейших мусульманских держав: Оттоманской Порты и Персии. Этот спор закончился тем, что на рубеже XVII и XVIII веков нынешняя территория Азербайджана, на которой располагались владения мелких феодальных владетелей (ханов и беков) и полуоседлых племен, живших за счет транзитной торговли и грабежа соседей, оказалась под властью персидских властителей.

Но уже во второй половине XVIII века здесь вовсю заявил о себе третий геополитический игрок – Российская империя, проба сил которой состоялась в период Персидского похода Петра Великого в 1722–1723 годах. В ходе целого ряда войн с Персией и Турцией, прошедших на рубеже XVIII и XIX  веков, наша страна смогла отстоять  западные берега Каспийского моря от персидских и турецких притязаний. Но кто бы мог подумать тогда, что в начале XX столетия все это обернется крахом, который гулким эхом отзовется спустя век.

Революционные события 1917 года в Закавказье привели к созданию здесь независимых государств Армении, Азербайджана и Грузии, а также к развалу Кавказского фронта, войска которого стали бросать боевые позиции и отправляться в места своей постоянной дислокации. Их порой самовольная эвакуация сопровождалась разного рода эксцессами, захватом армейских складов и обстрелом воинских эшелонов местными националистическими бандами, стремившимся прибрать к рукам оказавшиеся  бесхозными вооружения и боеприпасы, принадлежавшие некогда частям и соединениям отдельной Кавказской армии.

Все пространство бывшего кавказского наместничества Российской империи тогда представляло собой бурлящий межнациональными конфликтами котел, так как правящие партии вновь возникших здесь государственных образований изначально строились по этническому принципу и придерживались исключительно националистических воззрений. Взять хотя бы тогдашнюю азербайджанскую Мусульманскую демократическую партию «Мусават», что означает равенство, которая изначально возникла как продукт турецких спецслужб.

По сути своей мусаватисты являлись на местном уровне проводниками пантюркистских идей о создании Великого Турана, включавшего в себя все территории проживания турок, под скипетром халифа всех правоверных мусульман (турецкого султана). Эта идеология возобладала на самом высоком уровне в Оттоманской Порте перед началом Первой мировой войны. Ее носителями являлись члены правящей так называемой младотурецкой партии «Единение и прогресс», которые и направляли все действия мусаватистов. Это очень ярко проявилось в ходе турецко-германского вторжения в Закавказье в 1918 году.

28 мая 1918 года мусаватисты провозгласили в Елизаветполе (нынешней Гяндже) создание Азербайджанской Демократической Республики, опираясь на турецкую военную помощь. В июне того же года турки начали вторжение в Закавказье, целью которого являлся захват Карса, Батума и Баку. Для этого они начали формировать из местных жителей  исламскую армию, которую возглавил командир турецкой 5-й кавказской дивизии Нури-паша. Но после капитуляции Оттоманской Порты туркам пришлось убраться отсюда несолоно хлебавши. Правда, здесь не обошлось без интриг вездесущих англичан, которые заигрывали с местными националистами и большевиками, но враждебно были настроены против представителей Белого движения, так как давно положили глаз на эти богатые нефтью земли. А потому восстановление законной русской власти на местном уровне не отвечало их геополитическим интересам.

В те времена здесь сложилась весьма интересная палитра политических предпочтений среди крупных этносов, населявших западный берег Каспийского моря. Тюрки благоволили иностранным интервентам, надеясь с их помощью заделаться здесь владыками положения. Малочисленное русское население в массе своей поддерживало белых. А армяне (в частности, жители Баку и Ленкорани) вместе с ираноязычными местными жителями благоволили большевикам. И это не удивительно, так как первое советское правительство, например, поддержало выступление в северной иранской провинции Гилян некоего Мирзы Кучек-хана, провозгласившего создание Персидской советской республики.

Правда, из этой затеи ничего толком не вышло, но это несколько ослабило позиции англичан не только в Закавказье, но и в Иране и даже Афганистане. А еще мало кто знает, что тогдашние  большевистские лидеры Ленин и Троцкий рассматривали вариант установления советской власти в Турции. Для чего  поддерживали дружеские отношения с окружением Мустафы Кемаля-паши (будущего Ататюрка и первого президента Турецкой Республики). Благодаря военной и финансовой помощи Советской России он смог развернуть широкое национально-освободительное движение народных масс бывшей Оттоманской Порты, направленное против оккупировавших ее территорию войск Антанты. Его плодами стало появление на свет современной кемалистской Турции.

Кемаль-паша перед московскими коммунистами чрезвычайно лебезил, а своих предпочитал  держать в черном теле, то есть содержал в тюрьме. Поэтому расчеты «кремлевских мечтателей» не создание Советской Турции  не оправдались. Но плодами тогдашнего тесного советско-турецкого сотрудничества стали Московский и Карский мирные договоры, заключенные в сентябре 1921 года, которые спустя век явились притчей во языцех.

Помимо всех прочих договорных обязательств в них была юридически  закреплена передача некоторых уездов Эриванской губернии бывшей Российской империи (из числа земель исторической Восточной Армении) в состав Азербайджанской ССР с целью образования автономий «под протекторатом Азербайджана, при условии, что Азербайджан не уступит сего протектората третьему государству». Так на его административно-территориальной карте появились Нахичеванская автономная советская социалистическая республика и Нагорно-Карабахская автономная область.

Так большевики руками Троцкого и его подельников ровно век тому назад посеяли смертельные семена армяно-азербайджанского конфликта вокруг Нагорного Карабаха, пылающего уже тридцать лет. И конца и края ему нет. Как известно, сначала  АзССР входила в СССР, находясь с 1922 по 1936 годы в рамках  Закавказской Федерации. А после непосредственно вошла в состав Советского Союза на правах союзной республики. Пока она находилась в тесных рамках единого союзного государства, ничего подобного не могло произойти. Но как только ослабла роль центральной власти, всегда выступавшей в качестве третейского органа, эта проблема сразу же  вылезла наружу.

Вот поэтому многие отечественные политологи считают, что в данной нелегкой ситуации весьма возрастает роль нашей страны как легитимного посредника и правопреемника Российской империи и Советского Союза в данном регионе, призванной самой историей остановить готовую вспыхнуть в любой момент масштабную войну на Южном Кавказе.


Лента новостей

Загрузить еще
Последние комментарии