Ростов-на-Дону, 8 октября 2018. DON24.RU. Парамоновские склады знает каждый ростовчанин. Многие помнят, как купались в «бассейне» с родниковой водой. Не меньше людей добавят, что Парамоны давно пора бы восстановить. Однако проектов реставрации памятника истории и культуры федерального значения немного, и пока ни один из них не близок к своему воплощению в жизнь.

Когда появились, кому принадлежали и чем были примечательны складские строения на правом берегу реки Дон, рассказывает ИА «ДОН 24».

Ростовский Винтерфелл

Первый корпус складов, которые мы в XXI веке называем Парамоновскими, или, сокращенно, Парамонами, был построен в 1850-х годах. Последний – пятый – в 1890-х. Строили их инженеры Шульман и Якунин. Последний в те годы исполнял должность главного городского архитектора.

Специалисты не просто мастерски вписали здания в местный природный ландшафт, но и буквально срастили строения с ним. Система поддержки температуры внутри была основана на использовании воды из незамерзающих родников, круглый год бьющих на склоне. И летом, и зимой ее температура составляла 9 градусов по Цельсию. Придумав систему желобов, по которым жидкость могла постоянно циркулировать, архитекторы сумели добиться сохранения в помещениях оптимальной температуры для хранения зерна и других товаров, заготавливающихся на экспорт. По факту, полтора века назад два ростовских архитектора придумали систему, которую в конце прошлого столетия описывал в своем романе «Игра Престолов» писатель Джордж Мартин, когда говорил о системе отопления замка Винтерфелл.

Отличались склады также и уникальной для тех лет системой пересылки зерна со вторых этажей на уровень набережной. Для этого в межэтажных перекрытиях были оставлены круглые отверстия, к которым крепились брезентовые рукава. С их помощью товары перегружали на баржи.

Лица Парамонов: кто складами владел и кто на них работал

Вопрос «Кто владел Парамоновскими складами?» наверняка вызвал бы у многих недоумение, так как ответ очевидно скрыт в вопросе. Однако не все так просто.

Вопреки расхожему мнению, купцу Елпидифору Парамонову принадлежали всего два корпуса из пяти – в них он хранил зерно и уголь, которые планировал экспортировать за рубеж, преимущественно в Англию. Историки считают, что отсылающее к его фамилии название «пристало» к складам либо из-за харизмы купца, либо из-за его вклада в экономику города.

Тем не менее владельцем остальных трех корпусов был чуть менее известный в наши дни, однако от этого не менее примечательный купец Петр Максимов – первый миллионер Ростова-на-Дону, состояние которого оценивалось в 5 млн императорских рублей (2,9 млрд современных рублей).

Склады сыграли одну из ключевых ролей в становлении Ростова-на-Дону как одного из крупнейших торгово-промышленных центров Российской империи. Через них ежегодно проходили миллионы тонн зерна, угля, шерсти и других товаров, которыми город торговал не только с другими городами, но и с другими странами, что позволило ему поднять экономику.

Но не только талантливые купцы, владевшие складами и пользовавшиеся ими, делали данные здания столь важными – на них трудились не покладая рук несколько тысяч рабочих. В их числе был также известный писатель XX века Максим Горький, живший тогда под своим настоящим именем – Алексей Пешков.

Именно свой каторжный труд в ростовском порту он позже описал в произведениях. По этой причине памятник литератору и был установлен на Ростовской набережной в 1961 году, сменив на постаменте Иосифа Сталина.

Пережившие войны и убитые перестройкой

Парамоновские склады без потерь перенесли Гражданскую войну в стране и даже в период Великой Отечественной, в отличие от всего остального города, практически не пострадали. В то время как половина Ростова превратилась в руины, лишь одна вражеская бомба сумела зацепить уникальный архитектурный комплекс – разрушен оказался всего один корпус из пяти, в результате чего была повреждена система охлаждения. Но, несмотря на это, склады в течение почти всего прошлого века выполняли свою задачу – до 1983 года там хранили цемент, песок и другие стройматериалы.

В тот роковой год по невыясненным обстоятельствам в одном из корпусов произошел пожар, в результате которого в аварийное состояние пришел как сам этот корпус, так и ближайший к нему. В 1985 году Парамоновским складам был присвоен статус памятника истории и культуры местного значения, однако ситуацию это не улучшило.

На закате перестройки региональными властями была предпринята попытка восстановить склады – комитет по архитектуре Ростовской области утвердил проект реконструкции. Однако в реальность ему воплотиться не дали, так как в опустошенном бюджете денег на это не нашлось.

В 1992 году администрация Ростовской области передала Парамоновские склады в муниципальную собственность. Через два года городские власти, в свою очередь, отдали объекты известной в городе туристической фирме «Спутник», которая сразу принялась за собственный проект реконструкции. Вернее, отдала его создание на аутсорсинг, заплатив итальянскому архитектору за работу около 15 тысяч долларов.

Однако выяснилось, что у корпусов имелся и другой хозяин: не подвергшиеся разрушению здания занимало «Росмонументискусство». Организация отказалась переезжать в другое место, и в результате конфликт между ней и новым владельцем приводит представителей обеих сторон в суд.

Многолетняя тяжба ни к чему не привела – областной суд в конечном итоге отменил постановление областной администрации о передаче Парамонов в муниципальную собственность, однако на ситуацию это никак не влияет – формально двумя разрушенными корпусами по-прежнему владел «Спутник», а тремя остальными – «Росмонументискусство». В этот же период им был присвоен статус памятника истории и культуры федерального значения.

Несмотря на то, что в конце XX – начале XXI века уцелевшие корпуса складов сдавались в аренду различным конторам, деньги, получаемые с нее, никто не спешил пускать ни на приведение в порядок пригодных для эксплуатации строений, ни на обнесение забором разрушенных. Как результат – в негодность пришло и то, что уцелело.

Из рук в руки

К 2013 году все корпуса Парамоновских складов были признаны аварийными. В декабре между собственником складских помещений и компанией ООО «Альянс-М» был заключен договор аренды, согласно которому фирма получила их в пользование на 45 лет. После этого компания представила на суд общественности проект реконструкции «Парамонов». Согласно ему, руины планировалось демонтировать, а на их месте построить копии снесенных зданий, в которых расположатся несколько гостиниц, концертно-выставочный зал, спа-комплекс и ресторанный комплекс.

В 2015 году территория участка была очищена от мусора и растительности, после чего была начата подготовка к демонтажу зданий. Наибольшее негодование со стороны ростовчан тогда вызвало уничтожение купальни, образовавшейся в руинах одного из корпусов. Входная дверь и стены не давали родниковой воде, льющейся из желобов, вытечь наружу, и в результате получился бассейн, где в любое время года полюбили купаться местные жители. Однако рабочие разрушили «дамбу», и вся вода ушла вниз. И, несмотря на многочисленные попытки ростовчан восстановить купальню, а также акции протеста и различные перформансы в поддержку складов и родника, источник воды увели в трубу, которая выходит к реке Дон.

Впрочем, работы остановились в тот момент, когда выяснилось, что подготовленный «Альянс-М» проект реконструкции, в котором, кстати, восстановление бассейна запланировано не было, экспертизу не прошел. Стало понятно, что земля, на которой находятся сооружения, не подходит для такого строительства – из-за грунтовых вод все, что будет построено на этом месте, рано или поздно сползет к реке.

До 2017 года о проекте не было ничего слышно, пока ростовская компания «Алмо-Ойл» не приобрела Парамоновские склады, в результате чего договор с «Альянс-М» был перезаключен. Арендатор, кстати, участвовал в аукционе, однако выиграть его даже не пытался – ни одной ставки от «Альянс-М» зарегистрировано не было, хоть эксперты и считали его самой заинтересованной стороной происходящего.

Эксперты склонны предполагать, что весь аукцион был лишь «междусобойчиком», так как владельцы фирм-участников были тесно друг с другом связаны. А потому, по мнению экономистов и юристов, все было затеяно лишь для того, чтобы развязать арендатору руки. Поскольку Парамоны попали к частнику, новый собственник, в отличие от властей, имеет право не обращать никакого внимания на мнение общественности.

Через год «Алмо-Ойл» и «Альянс-М» заключили между собой договор купли-продажи, так что теперь экс-арендатор является полноправным владельцем объекта «Комплекс экспортных зерновых складов XIX века».

Таким образом, памятник федерального значения оказался еще ближе к демонтажу, чем был когда-либо. Об этом год назад говорил нынешний сити-менеджер Ростова-на-Дону, отмечая, что свой статус склады приобрели довольно сомнительным способом:

«Я просто знаю историю, как Парамоновские склады стали памятником и объектом культурного наследия. Когда-то их делили два бизнесмена, и по принципу «Не доставайся же ты никому!» им был присвоен статус памятника. Но сегодня история говорит о том, что это памятник, поэтому относиться к ним нужно соответственно – воссоздавать в том виде, в каком они были раньше. Я обратился к губернатору с вопросом: «А можно с них этот статус снять?» В принципе, возможно, но нужно этим заниматься. Так что пока не готов огласить какие-либо решения по этой проблеме. Я бы, честно, решал эту проблему кардинально. Мы все говорим о том, что склады – это памятник, но, к сожалению, кроме разрухи и руин мы ничего там не видим, а можно было бы на этом месте сделать такую красоту, которая радовала бы ростовчан и приносила бы всем пользу. А на сегодняшний день мы констатируем тот факт, что там стоят два сарая и никаких действий не происходит».

На данный момент никаких новых работ на объекте с 2015 года не происходило. В мае текущего года бывший депутат донского Законодательного Собрания, президент ФК «Ростов» Арташес Арутюнянц объявил о намерении реализовать на территории Парамоновских складов некий инвестиционный проект. Однако с тех пор новостей по данному вопросу нет, и подробности намерений бизнесмена также пока не раскрыты.