Дебальцево: битва за «сердце» Донбасса

Ростовская область, 14 февраля 2020. DON24.RU. Пять лет назад с новостных лент не сходили упоминания о городе Дебальцево. В феврале 2015 года ополчению ДНР и ЛНР удалось замкнуть кольцо вокруг засевшей в городе и окрестных поселках группировки украинских войск. Это сражение стало последней на сегодняшний день крупной военной операцией в Донбассе, кроме того, Дебальцевский «котел» вынудил на тот момент президента Украины Петра Порошенко пойти на подписание действующего и поныне Второго Минского соглашения.

Перекресток караванных путей

Дебальцево справедливо называют сердцем Донбасса, и этот статус за городом держится почти полтора столетия. Мимо столь примечательного факта не смог пройти даже великий русский писатель Антон Павлович Чехов, сообщавший весной 1887 года своим родным: «Донецкая же дорога изображает из себя следующий соус: центральный шарик – это ст. Дебальцево. Остальные шарики – это всяческие Бахмуты, Изюмы, Лисичански, Лугански и прочие пакости. Все ветви похожи друг на друга, так что попасть в Дебальцеве вместо своего поезда в чужой так же легко, как в потемках принять Весту за фальшивого монетчика...»

В советское время Дебальцево превратился в главный логистический узел огромного промышленного макрорегиона, в котором пересеклись транспортные коридоры Волга – Дунай и Кавказ – Балтика. К северу от города в верховьях реки Лугань было создано два мощных водохранилища, на берегах которых возвели две крупнейших в Европе тепловых электростанции – Мироновскую и Углегорскую. Из интересных фактов: Дебальцево оказался единственным городом Донбасса, газификация которого осуществлялась привозимым в цистернах сжиженным газом. Несмотря на наличие по соседству крупных электростанций, подвести газопровод высокого давления к городу руки так и не дошли, и этот фактор сыграл злую шутку после распада СССР: дебальцевское газовое хозяйство не выдержало новых реалий и прекратило свое существование. 

Дебальцево – это не просто водораздел Донецкого кряжа: его высшая точка Могила-Мечетная расположена в четырех десятках километрах от города рядом с железнодорожной линией, ведущей на Гуково и Лихую. Из-за присутствующей здесь высотной поясности (хотя и слабо выраженной) Дебальцево делит с Красным Лучом и Антрацитом статус самого холодного города Донбасса: сады в этих местах цветут дней на пять позже, чем в Донецке и Луганске. С военной же точки зрения Дебальцево с окрестностями представляет собой высоты, господствующие над окружающей местностью, а глубокие скальные ущелья в верховьях Миуса позволяют создавать весьма надежные узлы обороны.

Сдерживавшие натиск бандеровцев

Украинские войска предприняли наступление в направлении Дебальцево и Красного Луча в двадцатых числах июля 2014 года: во-первых, им требовалось взять под контроль место крушения рейса МН17, находящееся в 25 км к югу, во-вторых ударом вдоль Миуса рассечь ДНР и ЛНР, и наконец, деблокировать находящуюся в глубоком «котле» группировку, пытавшуюся отрезать республики Донбасса от России. К 28 июля Дебальцево уже находилось под контролем ВСУ, чуть раньше ими был взят находящийся к северу другой крупный транспортный узел – Попасная. Тогда же пал и Углегорск – западный пригород Дебальцево, критически важный для удержания города.

Ополчение отчаянно обороняло эти населенные пункты, однако силы были неравными. Осенью 2014 года мне довелось на одном из блок-постов под Горловкой пообщаться с одним из защитников Углегорска:

«Нас было мало, всего восемьдесят человек. Ни танков, ни бронетехники у нас не было, только минометы и автоматы. Шесть с половиной часов мы сдерживали натиск врага. У кого заканчивались боеприпасы, тем командир давал приказ отходить. Когда вывозили раненых на скорых, «укропья» целенаправленно били по ним. По «красному кресту». На следующий день украинская пресса трубила, что разгромила российский спецназ. А у нас никаких спецназовцев и не было: все местные».


Мой собеседник вспоминает, что украинские военные в те дни широко применяли наркотические стимуляторы. 

«Попадаю одному карателю в каску – он ее поправляет и идет дальше, как робот. В бронежилет попадаю – пошатнулся и идет дальше как ни в чем не бывало. Нормальный человек, если в его сторону стреляют, хотя бы пригнется. Потом взяли бандеровца в плен, когда тот решил в брошенном магазине пива попить: прострелили ему обе ноги, и он даже не скривился. Это же какая боль, а ему хоть бы хны!» – вспоминает защитник.

Падение Дебальцево, Попасной и Углегорска резко ухудшило и без того непростое положение защитников Донбасса. В блокаде оказались Горловка и Енакиево, начались уличные бои на окраинах Кировского, Макеевки, Шахтерска и Красного Луча. Впрочем, даже в этом случае украинская армия предпочитала воевать не столько с ополчением, сколько с мирным населением.

«Летом, когда стояли в Углегорске, на моих глазах ребенка разорвало украинским снарядом, ему было лет шесть. Это нормально? По нам не бьют – стреляют по мирному населению, хотя координаты нашего блок-поста бандеровцы выложили в интернете, даже с местом расположения казарм. О чем дальше говорить? Здесь, когда стреляли, попали в дом к человеку, сгорела машина, сгорел сарай, ворота пролетели весь двор и приземлились в конце огорода. Хотя там ворота были железные и двор немаленький... На своих постах каратели во время проверок спрашивают у проезжающих, когда учебный год начнется. Для чего? Чтобы через детей нас уничтожить? Да они нас только озлобят этим! Если им так сильно хочется воевать, пусть воюют с нами! Есть желание, пусть идут в рукопашную, их же больше! Нет, боятся идти на ближний бой, лупят артиллерией...»

Впрочем, в начале августа наступательный пыл украинской армии на этом направлении угас: поражения под Шахтерском, Красным Лучом и Антрацитом вынудили карателей отступить. Основные бои к тому времени переместились под Иловайск и на Саур-Могилу: там решалась судьба попавшей в окружение украинской приграничной группировки. Последовавшие за этими боями Изваринский и Иловайский «котлы», а также освобождение Приазовья привели к заключению Первых Минских соглашений. Освобождение Дебальцево пришлось отложить…

Стратегия войны имеет свою строгую логику и тяготение к весьма своеобразной целостности и завершенности: то, что бои за сердце Донбасса еще впереди, было понятно. ДНР и ЛНР между собой в те дни связывала единственная автодорога Снежное – Красный Луч. Кто ездил по ней, тот знает, что первая часть этого пути представляет собой крутой спуск в глубокую долину Миуса, а вторая – столь же крутой подъем, притом что качество дорожного покрытия там никогда не было идеальным. Но самое слабое звено этой трассы находится в Миусинске – городе-спутнике закрытой еще в советское время Штеровской ГРЭС: узкие извилистые улочки, тянущиеся вдоль кварталов, строившихся почти сто лет назад, когда гужевой транспорт явно преобладал над автомобильным, и много десятилетий не знавшая ремонта плотина с ограничением массы машин в 20 т. Понятно что мириться с таким положением дел было нельзя, и взятие донецкого аэропорта поставило перед ополчением новую задачу: вернуть полноценный путь сообщения между республиками.

О перипетиях судьбы

Лично у меня как журналиста воспоминания о тех днях, когда шли бои под Дебальцево, ассоциируются с двумя коллегами, с которыми довелось когда-то быть лично знакомым. Увы, но об обоих приходится говорить в прошедшем времени: одного нет в живых, а второй сознательно оказался на другой стороне баррикад. Однако история моего с ними общения заслуживает того, чтобы об этом рассказать.

С первым из них довелось познакомиться летом далекого 2004 года. Нас тогда объединило общее увлечение автостопом – путешествиями на попутном транспорте. Тем не менее уже осенью наше общение не заладилось: тогда в Киеве начался первый, «оранжевый», майдан, и мой товарищ оказался единственным из донецких автостопщиков, кто его поддержал. Причем не просто поддержал совершенно искренне и всем сердцем, но даже не боялся отстаивать идеалы перед нами – категорическими противниками майданной смуты и возрождавшейся необандеровщины.

Следующая наша встреча состоялась в марте 2014 года под стенами Донецкой тогда еще облгосадминистрации. В тот момент протестующие взяли здание в плотное кольцо и с минуты на минуту должен был начаться штурм. Мы узнали друг друга сразу, я обратил внимание на георгиевскую ленточку на его куртке, и первое, что у меня вырвалось: «Так ты же за них…» На что в ответ прозвучало: «Давно уже не за них…» Разговорились, выяснилось, что за прошедшие годы взгляды этого человека сильно эволюционировали в диаметрально противоположном направлении: теперь он активно публиковался в изданиях левого толка, и в тот день в ряды штурмовавших здание его привела даже не столько журналистская работа, сколько гражданская позиция.

Потом мы с ним мельком виделись еще пару раз, прежде чем нас окончательно захлестнули события начинавшейся войны. Больше нам встретиться не довелось: промозглым февральским днем мне сообщили, что его вместе с группой ополченцев на подступах к Дебальцево накрыла украинская артиллерия. Звали его Всеволод Петровский, совсем недавно указом главы ДНР он был посмертно награжден Георгиевским крестом. На здании исторического факультета Донецкого национального университета, выпускником которого он являлся, в память о нем была открыта мемориальная доска. Его имя носит проводящийся в ДНР турнир по «Что? Где? Когда?»: Всеволод был большим поклонником волчка и филина…

Второго человека я увидел на телеэкране в тот же самый день, когда мне сообщили о гибели Всеволода Петровского: приходилось мониторить вещание с той стороны линии фронта. Он бодро вел репортаж о том, как непобедимая украинская армия героически сражается в окруженном Дебальцево. И я вспомнил, какие приключения осенью 2006 года нам вместе с ним пришлось пережить на улицах Цхинвала накануне президентских выборов в Южной Осетии.

Фото: gazeta.ru

Среди аккредитованного на мероприятие весьма многочисленного журналистского корпуса украинскую прессу представляли всего два человека: ваш покорный слуга – от газеты «Донецкий кряж» и Андрей Цаплиенко – от киевского телеканала «Интер». Принимающая сторона обеспечивала представителей СМИ питанием, поэтому нас с ним прикрепили к одному кафе и даже определили за один стол.

Поздним вечером 11 ноября 2006 года все дела были завершены, но возвращаться в промерзший «люкс» отеля «Иристон», удобного своим расположением на центральной площади, абсолютно не хотелось. С отоплением в Цхинвале было нелегко, поэтому журналисты выбирали более теплые места для времяпрепровождения. Мне было интересно познакомиться с технологическим процессом на телевидении: сейчас пересылка отснятого материала в редакцию не представляет большой сложности, но тогда это была целая эпопея.

Во время ужина я об этом сказал Андрею Цаплиенко, и мы поехали к журналистам ОРТ, у которых имелась спутниковая передающая станция на базе автофургона. Для перекачки видеозаписи в редакцию отводились строго определенные минуты, поэтому все волновались: не удастся сейчас – следующее «окно» будет нескоро. Но вот связь установлена, началась передача видеоматериала. И тут в фургоне внезапно гаснет свет и отключаются все приборы. Открываем дверь и видим, как человек в маске и с топором в руке бросает работающий генератор к себе в машину без номеров, садится за баранку и срывается с места…

Журналист в «горячей точке» быстро обрастает полезными знакомствами, поэтому провокаторы были пойманы в течение получаса и даже великодушно помилованы потерпевшими, правда не бесплатно: «гонорар» за выходку, полученный авансом от тифлисских заказчиков инцидента, им пришлось потратить на покупку нового генератора. Остаток вечера мы провели в кафе, где заказали вина и, смеясь, обсуждали случившееся…

Комментировать

Поделиться

Комментарии

12 знаков внимания, или Как Украину в Мюнхене обидели

Ростовская область, 19 февраля 2020. DON24.RU. На обиженных воду возят, если не сказать жестче. Судя по речи Владимира Зеленского на 56-й Мюнхенской конференции по безопасности, с Украиной это сделали 12 раз.

Президент Украины считает, что мировое сообщество незаслуженно обидело 65 миллионов украинцев, живущих на планете Земля. На что 160 миллионов русских, которых обвинили в развале западных либеральных институтов, могли бы поаплодировать стоя, а 2 миллиарда китайцев, которым предъявили вселенский шпионаж с помощью телефонов Huawei, могли бы плюнуть на спину коронавирусом. Но у них нет комплекса меншовартостi (неполноценности), который культивируется в Украине на государственном уровне, начиная с президента Ющенко и заканчивая Зеленским.

Обида 1. «Кремлевские тезисы»

Обижать Украину начали с порога: еще до начала конференции «Группа лидеров по вопросам евро-атлантической безопасности» опубликовала на официальном сайте документ «12 шагов к усилению безопасности в Украине и евро-атлантическом регионе», который подготовила группа международных экспертов из Европы, США, ОБСЕ, Украины и России (председатель Мюнхенской международной конференции по безопасности Вольфганг Ишингер, экс-министр иностранных дел России Игорь Иванов, бывший заместитель главы МИД Украины Александр Чалый, бывший первый заместитель главы СММ ОБСЕ на Украине Александр Хуг и другие). Официальная Украина возмутилась. Мало того что ей толсто намекнули о зависимости (название документа напоминает известную в среде алкоголиков «Программу 12 шагов»), но главное – текст начинается словами «конфликт в Украине и вокруг нее стал следствием катастрофических просчетов». А где любимые слова украинских президентов «агрессия» и «аннексия»? Кстати, автор этих мемов Петр Порошенко тоже отметился в Мюнхене и утверждает, что именно он первым заметил «зраду». Однако это уже никого не волнует. Первый теперь Владимир Зеленский – результат ошибок Порошенко (как он сам себя называл во время предвыборных дебатов), которые он принял в наследство и усердно повторяет. В связи с этим вспомнился роман Жоржи Амаду «Донна Флор и два ее мужа» – о том, как прекрасную вдовушку сопровождали по жизни оба: нынешний муж и покойный. Что касается программы «12 шагов», то ее тут же с сайта удалили, однако через день вернули, добавив мнение американского аналитического центра Atlantic Council под названием «Ущербный мирный план для Украины повторяет кремлевские тезисы». В общем, дядя Сэм встал на защиту бедной, но гордой Украины. Однако злобный Мюнхен продолжил обижать нашу девочку. На немецкой версии сайта единственная ссылка ведет к англоязычной версии плана «12 шагов» и никаких других мнений нет.

Обида 2. «Я не могу без него»

Выступление украинского президента проходило не в основном зале, а в отдельном, поменьше. Когда он подошел к трибуне, там не оказалось микрофона. «Я могу получить микрофон? Я не могу без него», – обратился Зеленский к организаторам, которые, наверное, думали, что может. Но просьбу выполнили.

Обида 3. Игнор

Аналитики в ОПУ (Офис президента Украины) заметили, что в традиционном отчете Munich Security Report Украину упомянули всего восемь раз – и это «самый низкий показатель с начала войны и аннексии Крыма», отметил Зеленский в своей речи. Сколько раз упомянуты в отчете другие страны, их лидеры не сообщили – наверное, не потрудились посчитать. Не знаю, чем недоволен президент Украины (когда моя мама уходила на родительское собрание, я каждый раз молилась, чтобы моя фамилия там звучала как можно реже). Но Зеленский смело обвинил мировое сообщество от имени «65 миллионов украинцев планеты» в том, что «все рано начали успокаиваться», переключившись на «другие острые проблемы и горячие конфликты». Ну разве может сравниться эпидемия коронавируса COVID-2019 или экспансия китайских смартфонов с войной на Донбассе, куда еще и джавелины можно пристроить.

Обида 4. Украина – це Европа

Порошенко все же красавчик: как он обогатил обиходный лексикон украинских политических лидеров! Помню первую речь Зеленского в Брюсселе, где он прямо абзацами цитировал Петра Алексеевича: «Украина в ЕС – это смерть российского имперского проекта». А еще Порошенко любил называть Украину щитом Европы. Зеленский в Мюнхене эту мысль расширил и углубил: «Не совсем корректно говорить «война в Украине». Это война в Европе. И она вместе с аннексией Крыма уже длится столько же, как и Вторая мировая война, представьте себе». Зря он, конечно, напомнил о Второй мировой, которая началась как раз с Мюнхенского сговора европейских стран, сдавших чехословацкие Судеты Гитлеру, назвав это почему-то правом наций на самоопределение, а не аннексией.

Обида 5. Нас обстреливают

Затем президент Украины пожаловался, что «почти за два последних месяца зафиксировано более 400 обстрелов украинских позиций, в результате которых продолжают гибнуть украинские люди, украинские военные», при этом «Украина продолжает последовательно и неуклонно придерживаться мирного, дипломатического пути урегулирования в соответствии с нормами международного права». Либо он цинично врет, отдавая приказы как Верховный главнокомандующий, либо и вправду лох, если не знает реальной картины на линии разграничения. Владимир Александрович, гоните в шею тех, кто вас обманывает. Что взять с министра обороны, который всю жизнь торговал буровым оборудованием, но ведь есть альтернативные источники. Возможно, вам никто не сказал, что функции пресс-службы не только в том, чтобы отгонять пинками настырных журналистов, но и в том, чтобы предоставлять мониторинг отчетов ОБСЕ и «сепаратистских СМИ и групп в соцсетях». А может, вовсе не пресс-служба мюнхенскую речь писала, а мои подозрения верны – это Валерий Житков из «95-го квартала»? 

Обида 6. Нас принуждают к диалогу

В очередной раз украинская власть, теперь уже в лице нового президента, отказалась от выполнения Минских соглашений, которые Европа считает безальтернативными, и выразила недоверие членам Трехсторонней контактной группы. «Нужны действенные механизмы, по которым прекращение огня произойдет не на словах, а в реальной жизни. Нас убеждают, что таким действенным механизмом является прямой диалог с так называемой местной властью в ОРДЛО». По-видимому, Владимиру Зеленскому необходимо ознакомиться с оригиналом «Комплекса мер по выполнению Минских соглашений» от 12 февраля 2015 года, где стоят подписи представителей «так называемой местной власти в ОРДЛО».

Обида 7. В Минск не позвали Сивохо

Зеленский обиделся за «полтора миллиона дончан и луганчан, вынужденных покинуть свой родной дом, которые должны быть привлечены к консультациям на минской площадке и принимать активное участие в обсуждении своего будущего в составе единой Украины». Для этого создана общественная диалоговая платформа «Мир Донбасса», которую курирует советник секретаря СНБО Сергей Сивохо (команда КВН «DreamTeam» из Донецка). Милый, милый Зеленский, с цифрами опять незадача. Если ваш райтер имеет в виду полтора миллиона вынужденных переселенцев, зарегистрированных в Украине, то основная их часть – пенсионеры, которые ездят туда за пенсией и родной дом покидают раз в два месяца. А вообще, вряд ли есть достоверная статистика, сколько людей действительно переехали из Донбасса в Украину, а сколько в Россию и нужно ли им в таком случае будущее в составе единой Украины. Что касается Национальной платформы примирения и единства «Мир Донбасса», которая призвана «помочь людям по обе стороны линии соприкосновения слушать и слышать», ее презентацию анонсировали на 18 февраля, однако запуск проекта перенесли из-за обострения на линии фронта. Кто первым начал, разобраться невозможно – стороны обвиняют друг друга. Кому выгоден провал перемирия, ясно из заявления лидера «Национального корпуса» Андрея Билецкого, который призвал ветеранов АТО сорвать «спектакль под названием платформа примирения и единства». Напомню: именно молодчики Билецкого бойкотировали разведение сил в Золотом в ноябре 2019 года.

Обида 8. Я не с вами разговариваю

Затем Владимир Зеленский, завуалированно разбив жителей Донбасса на два сорта («я много раз общался с обычными людьми с временно оккупированных территорий. И объективно голос Донбасса – это не только их мнение»), сказал, что с лидерами ЛДНР он за стол переговоров не сядет: «Мы готовы к диалогу с мирным населением этих территорий. Но не с теми, кто является непризнанным с точки зрения международного права, а, следовательно не может представлять местное население Украины». То есть выборы, на которые мы шли с украинскими паспортами, не легитимны, но мы можем поучаствовать в других выборах, но теперь уже с паспортами ЛНР и РФ, и их мировое сообщество наверняка признает. Трогательно, да?

Обида 9. Нормандский формат не работает

Зеленский собирается предложить разведение по так называемому отраслевому принципу. Согласно ему, линия разграничения разбивается на секторы. Переход от одного сектора к следующему возможен только после того, как СММ ОБСЕ верифицирует, что в секторе отсутствуют какие-либо незаконные вооруженные формирования, вооруженные войска и военная техника». В качестве комментария приведу цитату из Ежедневного отчета № 39/2020, опубликованного Специальной мониторинговой миссией ОБСЕ в Украине (СММ) 17 февраля 2020 года: «Миссия зафиксировала вооружение, размещенное в нарушение линий отвода по обе стороны от линии соприкосновения в Донецкой области». То есть нового разведения не будет никогда. К тому же ВСУ все равно рано или поздно продвигаются в серой зоне. 19 января СММ ОБСЕ подтвердила, что 72-я бригада Вооруженных сил Украины заняла, как минимум, одну новую позицию в серой зоне у Орехово близ трассы Бахмутка в ЛНР. С этого, собственно, и началось обострение на линии разграничения.

Обида 10. Трамп, ты не прав

А главное, Владимир Зеленский недоволен архитектурой мира! «Напомнив, что Украина была одной из основательниц ООН и отказалась от ядерного оружия, Зеленский заявил, что «Украина имеет полное право говорить о неэффективности существующих мировых правил, необходимости их переосмысления и пересмотра». Ладно, дитятко несмышленое Грета Тунберг красиво выступила от имени антиглобалистов, но и взрослый 42-летний мужчина с юридическим образованием считает, что «континенты нашей планеты – это, прежде всего, не рынки сбыта и не зоны торговли». Малыш, ты что, с ума сошел? А что же еще?

Обида 11. В большую семерку и даже в двадцатку не берут

«В этом мире не семь и не двадцать, а почти двести независимых государств. Невозможно построить новые мировые правила на фундаменте либеральных ценностей, если к строительству приглашены лишь избранные страны, которые имеют ядерное оружие или определенный уровень экономического развития», – смело сказал президент Украины. Хочу проинформировать Владимира Зеленского, что в мире есть еще 14 непризнанных государств, 3 территории с неопределенным статусом, 1 квазигосударственное образование, 62 зависимых территории, в которых, как он справедливо отметил, «живут такие же люди, не лучше и не хуже других. И эти люди не могут быть зрителями, а по факту – заложниками».

Обида 12. Комплекс Наполеона

В конце своей речи Владимир Зеленский откровенно опустил лидеров государств, прямо сказав, что мировой менеджмент испытывает кадровый голод: «Сегодня человечество имеет запрос на новых сильных лидеров. Но я убежден, что в их понимании сильный лидер не тот, кто с легкостью отправляет тысячи солдат на верную смерть, а тот, кто готов бороться и беречь жизнь каждого человека». Понятно, что украинский президент имел в виду себя. Однако, судя по реакции мировых лидеров, это они его имели… в виду.

P. S. Глава Мюнхенской конференции по безопасности Вольфганг Ишингер заявил, что Украине нет причины так возмущаться по поводу «12 шагов».

«Мы делаем много разных предложений, и надеюсь, что время от времени мы делаем разумные предложения. Но все это не надо воспринимать так ужасно серьезно», – сказал Ишингер, которого тут же повесили на сайте «Миротворец» за «покушение на суверенитет и территориальную целостность» Украины.


Лента новостей

Загрузить еще
Последние комментарии
Самое комментируемое