От износа сетей до перерасчетов: что ответила администрация Ростова на массовые жалобы о холодных батареях
Ростовская область, 28 января 2026, DON24.RU. На главный вопрос ростовчан – каким образом город получил паспорт готовности к зиме, если в квартирах нет тепла, – ответила администрация Ростова-на-Дону. В официальном ответе на запрос ИА «ДОН 24» власти признали, что 20% тепловых сетей города изношены более чем на 60% и находятся в аварийном состоянии. При этом в документе отдельно отмечено, что в 2025 году Ростов после четырехлетнего перерыва наконец получил заветный паспорт.
Ранее издание публиковало материал с массовыми жалобами жителей на холодные батареи и неработающую систему перерасчета. Власти города дали развернутые комментарии по каждой из поднятых тем.
Фото: Никита Юдин / don24.ru / АО «Дон-медиа»
Ключевая причина – износ, но паспорт выдан
Массовая прокладка труб в Ростове-на-Дону, как и во многих российских городах, проходила в 1960–1980-е годы во время активной урбанизации, нормативный срок службы установленных тогда стальных труб уже давно вышел. Сегодня протяженность тепловых сетей города превышает 1200 км, а их износ превышает 50%.
«Состояние инженерных коммуникаций в разных районах отличается. По состоянию на конец 2025 года уровень износа коммунальной инфраструктуры города по водопроводным сетям в среднем составляет 49,6%, по сетям теплоснабжения – 52,9%. Конечно, есть отдельные участки сетей с износом более 60%, а это предельный срок их эксплуатации. Их в городе порядка 20%. Данные участки включаются в планы реконструкции ресурсоснабжающих организаций в первую очередь», – рассказали ИА «ДОН 24» в администрации города.
Из-за повреждений труб ухудшается качество водопроводной воды и при очистке на станциях теряется почти четверть ее объема. Кроме того, каждая авария приводит к отсутствию качественного отопления в десятках домов, оставляя сотни жителей без тепла минимум на сутки.
Несмотря на существующие проблемы, власти отмечают, что город после долгого перерыва наконец получил паспорт готовности к зиме. Для ростовчан, мерзнующих сутками в квартирах, это стало настоящим триггером. Люди задаются вопросом каким образом и кто заверил, что город готов к холодам.
«В 2025 году город после долгого перерыва наконец получил паспорт готовности к зиме. Это событие стало итогом нашей работы по устранению замечаний Ростехнадзора, из-за которых город не получал паспорт с 2021 года», – ответили в администрации.
Фото: Никита Юдин / don24.ru / АО «Дон-медиа»
Объяснение причин недотепла в квартирах
Основной всплеск жалоб в декабре администрация напрямую связывает с конкретной крупной аварией.
«В настоящее время увеличение количества жалоб было связано с аварийной ситуацией на ТЭЦ-2 15 декабря 2025 года», – уточнили в органе муниципального образования.
Власти отмечают, что жителям, столкнувшимся со сложностями теплоснабжения из-за аварии на Ростовской ТЭЦ-2, был выполнен перерасчет. Но, как рассказывают местные, он составил около 100–200 рублей и распространился лишь на дни полного отключения. Недели, проведенные с еле теплыми батареями, никто компенсировать не спешит.
Власти рассказали подробно, почему батареи могут оставаться недостаточно теплыми, особенно в начале сезона или после сбоев, ссылаясь на многоэтапный процесс наладки, в ходе которого энергетики «увеличивают рабочее давление подачи теплоносителя на котельных и доводят его параметры до необходимых значений в соответствии с температурным графиком». Также происходит налаживание гидравлических режимов тепловых сетей. В то же время управляющие организации открывают задвижки на входе в дома и регулируют работу систем отопления по стоякам, устраняя воздушные пробки.
Отмечается, что на этапе пусконаладочных работ «могут возникать порывы на наружных и внутридомовых сетях», но они, по заверению администрации, оперативно устраняются.
Фото: Никита Юдин / don24.ru / АО «Дон-медиа»
Ответственность жильца и бюрократический лабиринт
Ранее мы писали о жалобах ростовчан на процедуру перерасчета и необходимость фактически добровольного ухудшения условий проживания в квартирах, которые и без того некомфортные в период отключений тепла. Мы попросили в администрации города объяснить, как действовать гражданам, чтобы не переплачивать за услуги, которые они недополучают. Ответ фактически подтвердил существование бюрократической проблемы.
Вот что рекомендуют местные власти:
- Самодиагностика. Гражданам предлагается лично убедиться, что батареи не загромождены мебелью, проверить наличие воздушных пробок и самостоятельно измерить температуру.
- Обращение в УК. Если проблема не решена, следует обратиться в управляющую компанию для составления акта о некачественной услуге. «При недопоставке или поставке некачественной коммунальной услуги жителям необходимо сообщить о нарушении в аварийно-диспетчерскую службу управляющей организации для составления соответствующего акта», – говорится в ответе на запрос.
- Борьба с бездействием. Только в случае «игнорирования жалоб» со стороны УК граждане получают право обратиться в вышестоящие инстанции: жилинспекцию, прокуратуру или саму администрацию города.
В ответе четко, почти схематично, распределяется ответственность между участниками процесса:
- Управляющие компании отвечают за работу внутридомовых систем;
- Ресурсоснабжающие организации (котельные) отвечают за подачу тепла до дома;
- Жильцы должны следить за состоянием батарей в своих квартирах и инициировать всю процедуру проверки.
Бремя документального подтверждения ущерба, сбора актов и обращения по инстанциям ложится на жильцов, хотя причина их проблем носит общегородской характер. Заниматься этим, конечно же, никто не хочет. Как отмечали сами ростовчане, для этого им нужно выделять целый день, отпросившись с работы, выключать электрические обогреватели в без того холодной квартире и выжидать сотрудника управляющей компании, который, может, и не придет вовсе. Более простым вариантом остается «простить» пару сотен рублей ресурсоснабжающей организации за неоказанную услугу. Фактически, глобальный инфраструктурный кризис ЖКХ дробится на множество частных проблем, решать которые предписано самим ростовчанам. Все это смещает фокус с поиска стратегических решений на бесконечное урегулирование симптомов.
Несмотря на то что власти отмечают, что модернизация тепловых сетей осуществляется ежегодно, жители лишь видят, что ситуация с теплоснабжением в городе с каждым годом все хуже и хуже.
Прямо по курсу — ад: волонтер из Ростова рассказала об угрозах и о том, что придает ей силы
Ростовская область, 11 марта 2026, DON24.RU. Ростовчанка Ольга Карабейникова проехала дорогами войны столько километров, что можно было бы обогнуть земной шар три раза. Волонтер выезжает с гуманитаркой для бойцов СВО практически ежедневно. Об этом пишет газета «Молот».
Добирались с Божьей помощью
Донецк, Лисичанск, Мариуполь, Луганск, Бахмут (Артемовск), Угледар, Белгород и Курск... В этих городах Ольга побывала в самые тяжелые для них времена. Говорили, что туда нельзя, там опасно, можно погибнуть. Но как не ехать, если пришло сообщение от ребят: «После атаки у нас все сгорело». А бойцы стали для волонтера, словно родные дети. Своих у Ольги пятеро, самой младшей дочери 16 лет, старшая — инвалид.
Весна 2023 года, разгар Бахмутской операции, в городе гремят взрывы, даже бывалые бойцы вспоминали: «Было ощущение, что попал в ад».
— Мы въехали в город ночью, с выключенными фарами. Ехали и молились, чтобы добраться к своим, а не наоборот. На одной улице наши войска, а на другой — украинские. «Может, наденем бронежилеты?» — спрашиваю моего спутника, врача, который везет медикаменты своим коллегам. Он «успокаивает»: дескать, убьют хоть в бронежилете, хоть без него. На дороге — огромная воронка. Мы смотрели из окна машины, прикидывая, это ж каким снарядом так разворотило землю! — вспоминает Ольга.
Апрель 2023 года. Ожесточенные бои за Угледар. Ольга и водитель из Никольского монастыря везут монахам и местным жителям, укрывшимся в подвалах храма, воду, продукты и лекарства. Проехать село Никольское просто нереально, но они добираются с Божьей помощью целыми и невредимыми. Пока общаются с подземными обитателями, украинский танк не переставая палит по монастырю.
Живые и мёртвые
Подобных воспоминаний — море, и, казалось бы, надо сделать перерыв, отдохнуть, и такие мысли уже приходят на ум.
— Бывает, просыпаешься и понимаешь, что надо взять паузу. Мне ведь уже не 30 и даже не 40 лет. Но приходит сообщение от бойцов, и я понимаю, что не могу их бросить. Перед глазами лица ребят — и живых, и мертвых. Однажды в госпитале стояла возле парнишки, который лежал на носилках в коридоре. После боя привезли много раненых, и медики спасали тех, кого еще могли спасти. А этот паренек был уже не жилец. Он попросил: «Возьмите меня за руку, так страшно умирать». Поэтому, даже когда наваливается страшная усталость, встаю, еду на склад, формирую груз и опять в путь, — говорит Ольга.
Как и для большинства волонтеров, ее точкой отсчета стал момент, когда в феврале 2022 года на СВО добровольцем пошел старший сын. Ольга тогда подумала: костьми лягу, но не пущу. Отпустила, а сын вышел на связь лишь через месяц.
— Представляю, что вы пережили...
— Не представляете.
Однажды ночью Ольга проснулась от своего собственного крика и поняла: с сыном что-то случилось.
— Я начала молиться, а потом сын сказал: видимо, это меня и спасло. Ничто не может сравниться с силой материнской молитвы. Их группа три дня не могла выбраться из воронки, которую постоянно обстреливали и наши, и украинцы. Наши стреляли, чтобы не дать возможность противнику взять ребят в плен. Три дня они питались корешками и добывали влагу, рассасывая шарики, слепленные из земли. В какой-то момент решили прорываться к своим, и только выбрались из воронки, как заработала рация, до этого все время молчавшая. Разве это не чудо? Сослуживцы скорректировали пути отхода, группе удалось прорваться, но сына тяжело ранило, и я отправилась к нему в госпиталь. Разве может что-то остановить мать? Подбросили меня казаки, которые доставляли гуманитарный груз своему подразделению.
«Мама, ты жива?»
Домой Ольга вернулась с четким планом: стать волонтером и собрать вокруг себя единомышленников. Записная книжка стала в два раза тоньше — часть знакомых и друзей просила больше не звонить с просьбами помочь фронту. Но со временем она пополнилась телефонами новых друзей. Сейчас в группе Ольги Карабейниковой больше 1500 человек, охват — от Сахалина до Москвы, поэтому гумпомощь удается собирать оперативно.
Поначалу старший сын просил мать не рисковать, сейчас свыкся. Когда в Запорожской области взорвали машину с волонтерами из Ростова, позвонил, спросил: «Мама, ты жива?». Отговаривать от поездок уже не стал. Понял, что бесполезно.
С работы Ольге пришлось уволиться, деньгами помогают дети, и эти деньги опять-таки уходят на нужды фронта. Особенно ощутимы затраты на бензин.
— Был прием, устроенный в Ростовской гордуме накануне 8 Марта, и я предложила организовать для автоволонтеров топливные карты, аналогичные тем, что есть у скорой помощи. Мы ведь тоже по сути скорая помощь, — говорит Ольга.
