Операция без крови, или как в Донской публичной библиотеке реставрируют редкие книги
Ростовская область, 13 февраля 2026, DON24.RU. «И швец, и жнец, и на дуде игрец» – этим выражением можно описать не только универсального умельца, но и работу реставратора книг. Он одновременно химик, биолог, историк и виртуозный мастер, вооруженный скальпелем. В связи со 140-летием Донской публичной библиотеки заглянули в ее реставрационную мастерскую, где ежегодно восстанавливают десятки книжных памятников.
У нас инструменты знаете какие? Мы все скальпели используем!
Требования профессии сформировали собирательный образ реставратора – человека сосредоточенного, педантичного, глубоко погруженного в свой мир. Книга для него – живой организм, а процесс восстановления сравним с хирургической операцией. Если описать ее кратко, то все начинается с консилиума, где специалисты, изучив повреждения, коллективно определяют методику восстановления. Затем книгу разбирают на листы, каждый из которых проходит многоэтапную обработку: чистку, промывку, удаление пятен. Утраченные фрагменты вручную дополняют бумагой, близкой к оригиналу по составу и фактуре. После этого листы укрепляют японской бумагой, выравнивают и сушат под прессом, используя сначала сукно, затем фильтровальную бумагу.
Параллельно восстанавливают переплет. Кожу для реставрации закупают – техника ее обработки сильно отличается, например, от обувной. Чаще всего в руки к мастерам попадают кожаные переплеты из свиной или телячьей кожи. Если какой-то фрагмент утрачен, подбирают материал, идентичный по химическому составу, а сам переплет обрабатывают растворами для придания эластичности.
На восстановление одного листа у опытного мастера уходит от двух часов, а полная реставрация книги занимает не менее трех недель.
Для ИА «ДОН 24» продемонстрировали процесс реставрации листов бумаги XVIII–XIX веков
Лупа с подсветкой и световая панель помогают не только выявить на поверхности бумаги или кожи микротрещины и восполнить недостающие фрагменты, но и изучить историю предмета. С помощью филиграни – полупрозрачного клейма мастера или фабрики, которое становится видимым на просвет, – можно определить возраст бумаги и ее географическое происхождение.
Так, донские реставраторы по филиграням идентифицировали продукцию знаковых мануфактур. Среди отечественных образцов – клейма Ярославской Большой полотняной мануфактуры Алексея Затрапезнова и Полотняно-Заводской бумажной мануфактуры Афанасия Гончарова, родственника Натальи Пушкиной. Среди зарубежных находок – филиграни Амстердамской фабрики.
Не занимаемся подделкой
Ежегодно здесь реставрируют 31 книжный памятник – издания, выпущенные в Российской империи до 1830 года. В основном это литература, отпечатанная на тряпичной бумаге, которая, по оценкам специалистов, может прослужить еще 500 лет. Под скальпель она попадает из Центра книжного культурного наследия. Выбирают ту, что нуждаются в срочном восстановлении.
В фонде библиотеки собрано 2689 книжных памятников и более 27 тысяч редких и ценных документов
Задача реставратора – не вернуть книге первозданный вид, а устранить все то, что ведет к ее дальнейшему разрушению. Один из врагов – плесневый грибок, разъедающий бумагу изнутри. Борьба с ним первостепенна. Обезвредив его, книгу помещают в контейнер из бескислотного картона. Он обеспечивает благоприятный микроклимат и оберегает экземпляр от пыли. Ежегодно в библиотеке изготавливают 600 таких контейнеров.
«Мы не стремимся скрыть реставрацию, не занимаемся подделкой. Мы восстанавливаем», – отметила реставратор Вера Сушко.
По словам специалиста, важно, чтобы новые материалы соответствовали оригиналу по составу, качеству и структуре. Небольшая разница в цвете не страшна – ее можно оставить как есть или слегка тонировать.
Одна из последних работ – реставрация конволюта, сборника из различных самостоятельных изданий, переплетенных в одну книгу. Он был отпечатан в Морской академической типографии в Санкт-Петербурге. Листы сильно пострадали от плесени. Грибок устранили, страницы очистили от загрязнений и восстановили утраченные фрагменты.
Реставраторы не только восстанавливают старинные издания, но и ремонтируют книги из отдела абонемента. Специалисты настоятельно советуют: если книга распалась на листы или блоки, ни в коем случае не используйте скотч. Его состав может безвозвратно испортить бумагу. Книгу можно починить, например, сварив клейстер, но лучший вариант – передать ее в текущем состоянии профессионалам.
Если книга намокла, не дайте ей высохнуть полностью. Аккуратно раскройте, промокните влагу, а затем, пока бумага еще слегка влажная, поместите под пресс – это предотвратит деформацию.
Рабочая поверхность реставратора. Из неочевидных инструментов – чугунные утюги, используемые как слабый пресс
Для домашней библиотеки реставраторы советуют соблюдать несколько правил. Главное – поддерживать микроклимат: температуру 16–20 °C и влажность 45–60%. Кстати, в Центре консервации эти параметры измеряют 7904 раза в год. Также важно беречь книги от прямых солнечных лучей и регулярно удалять пыль. На полках издания лучше хранить вертикально, не слишком плотно друг к другу, и периодически осматривать, чтобы вовремя заметить появление вредителей или плесени.
Вода мрамор точит
С 2016 года в библиотеке при реставрации книжных переплетов начали использовать мраморную бумагу. В европейском книжном деле эта бумага получила распространение в XVII–XVIII веках, в основном из соображений экономии. Дорогую кожу, которую могли позволить себе не все, использовали только для укрепления корешка и уголков переплета. Основную же его площадь покрывали более доступной мраморной бумагой. При этом сама технология ее изготовления зародилась гораздо раньше на Востоке.
Мраморную бумагу изготавливают вручную: сначала причудливый узор создают красками на воде, затем переносят его на бумагу
Искусство мраморирования долго хранилось в тайне. Лишь в XIX веке английский мастер Чарльз В. Вулноу приоткрыл некоторые секреты в своей книге. Однако к XX веку многие детали технологии были вновь утрачены.
«Когда мы начали искать рецепты, было очень трудно, – делится заведующая Центром консервации библиотечного фонда Лариса Камбулова. – Читаешь дореволюционные книги: авторы подробно пишут, пишут, пишут, а в самом главном месте – пробел. Ключевой компонент не указан. Помогли традиции турецких мастеров, их искусство эбру».
Сегодня в библиотеке проводят мастер-классы, где каждый может научиться создавать мраморную бумагу своими руками.
Китайцы работают четко, но есть нюанс
В 2025 году реставраторы Донской публичной библиотеки впервые отправились в зарубежную командировку по программе «Культурное наследие как основа межкультурного диалога: стратегии сохранения в России и Китае». Они посетили музеи и реставрационные мастерские при библиотеках Гуанчжоу и Пекина.
Кисть, приобретенная в Китае. В основном этот инструмент нужен реставраторам для нанесения клея. Его они варят самостоятельно
Главным профессиональным сходством с китайскими коллегами донские специалисты назвали стиль работы: за внешним творческим беспорядком скрывается четкая система и дисциплина. Однако сразу стало очевидно и коренное различие – другие материалы, техники, из-за которых напрямую перенести китайские методики реставрации невозможно.
«Самое яркое впечатление – это масштаб. Несмотря на дороговизну земли, под культурные и научные нужды отводятся огромные пространства. В Национальном музее нам показали просто космическое оборудование: целые этажи, заставленные исследовательской техникой – микроскопами, ультразвуковыми установками. И конечно, поражает количество задействованных сотрудников – десятки специалистов. Мы очень рассчитывали перенять методики, которые они используют, но столкнулись с разницей в традициях. У них все иное: переплет, тип шитья, сырье, состав бумаги. Например, мягкая обложка, рисовая бумага. Мы не можем механически воспользоваться их методиками – другая культура. Но интересно было за ними понаблюдать, очень полезно», – поделилась впечатлениями от поездки Вера Сушко.
Гонореи, сифилиса, малярии не отмечено
При разборе переплетов реставраторы нередко находят занятные вещицы, забытые между страниц: засушенные растения и насекомые, письма, билеты, календари, иконы, молитвы, открытки, лотерейные билеты, фотографии, эскизы, винные этикетки, приплюснутые свечи. Чаще всего это наследие советской эпохи.
«Вот одна из интересных находок: справка, выданная отпускнику в 1945 году. Человек был в госпитале, проходил медосмотр во время военных действий. В документе указано, что наружных проявлений заболеваний: гонореи, сифилиса, малярии не отмечено», – зачитывает Вера Сушко.
Встречаются и более ранние предметы, например, фрагменты первых кредитных билетов с орлом, выпущенных после денежной реформы Витте в конце XIX века.
Разглядывать элементы старины очень занимательно. Попробуйте догадаться, почему на листе в обращении к начальнику военной охраны железнодорожных и водных путей Всевеликого войска Донского нарисован девичий бюст
Все фото в тексте: Никита Юдин / don24.ru / АО «Дон-медиа»
Гарик Сукачёв: «Я никуда не пробивался»
Ростовская область, 4 марта 2026, DON24.RU. Какова природа творчества? Составит ли в обозримом будущем искусственный интеллект конкуренцию музыканту, поэту, художнику? Существенно ли то, какими человеческими качествами обладает высококлассный специалист? Эти и другие вопросы, подготовленные редакциями «Молота» и радиоканала «ФМ-на Дону», мы адресовали одной из легенд российского рока, музыканту, поэту и композитору, актеру, режиссеру театра и кино Гарику (Игорю Ивановичу) Сукачеву, в конце февраля приезжавшему в Ростов с большим концертом.
Поединок технологий и чувств
— Игорь Иванович, ваша профессиональная жизнь напрямую увязана с творчеством, а что вас питает в творческом плане? И легко ли творческому человеку пробиться в условиях сегодняшней конкуренции, обилия интернет-проектов, каналов в соцсетях? Сложнее ли стало достучаться до своего слушателя, зрителя?
— Мне тяжело говорить о том, что меня питает, так как творчество, как мне кажется, — нечто, не всегда от тебя зависящее. Это то, что приходит либо внезапно, достаточно спонтанно, либо после долгих поисков, размышлений, когда не сразу находишь ответы на вопросы, которые волнуют. Так что вряд ли творчество напрямую зависит именно от моего желания.
А тяжело ли достучаться до слушателя? Безусловно, путь художника, творца — непростой, это тернии... Но термин «пробиваться» я лично не использовал бы, я никуда и никогда не пробивался. Я просто шел и шел, невзирая ни на что, и по-прежнему это делаю. Не всегда в ту сторону, конечно, шел (смеется)...
Да и какая разница, сколько существует проектов, каких-то там каналов? Если дар божий есть, я убежден, что ему особенно и не надо пробиваться куда-то. Его все равно увидят и оценят, появятся люди, которым все это небезразлично и даже в чем-то необходимо, так как созвучно тому, что происходит у них внутри — в сердце, душе. Хотя, возможно, в каких-то профессиональных областях нужно пробиваться... Но все равно в любом деле лучших всегда как-либо выделяют: ваши возможности заметят опытные люди, многое повидавшие. Они могут оценить ваши способности, талант и помочь вам. Но могут и никак не помогать.
— О вас отзываются как об артисте с мощнейшей энергетикой, харизмой. Харизме можно научиться?
— Нет, с харизмой рождаются.
— Сегодня широко обсуждаются перспективы искусственного интеллекта. Можно ли назвать взаимодействие с ним творчеством? Да и вообще составят ли искусственный разум, нейросети конкуренцию творческому человеку? Используете ли вы искусственный разум в работе?
— Взаимодействие с искусственным интеллектом — да, творчество, это дает новые возможности для развития не только науки, но и искусства. Искусственный разум конкуренцию людям в целом, конечно, составит, исчезнет огромное количество профессий. Так было и в пору индустриальной революции конца XIX — начала XX столетий. Но если говорить именно о художниках, творцах, то нет, искусственный разум тут не победит. Все-таки живого человека — его чувства, слова, эмоции, его творческий продукт — не заменить.
А лично я искусственный интеллект не использую, я — старомодный, ничего в этом не понимаю. Но подумываю об этом! Мне недавно показали, как ИИ создает тексты, пишет «стихотворения» в той или иной стилистике. И я поймал себя на мысли, что в том, что эта «железяка» написала, есть несколько фраз и словосочетаний, которыми я мог бы воспользоваться, если бы решил написать на эту тему стихотворение или песню. Так что ИИ никак не заменяет того, что у тебя внутри, но помогает, дает какие-то подсказки.
Миссия прибауток
— Должен ли профессионал быть хорошим человеком? Есть ли те, с кем вы не сработаетесь?
— Я никогда не мог сработаться и не сработаюсь с людьми самовлюбленными. Знаете, в большинстве своем люди вообще, на мой взгляд, делятся на два типа — с завышенной и с заниженной самооценкой. Ни та, ни другая особенность меня не особо беспокоит. Но люди самовлюбленные, сами того не ведая, нередко разрушают то, что делает в действительности большая команда. Поэтому я предпочитаю не работать с ними, через какое-то время стараюсь мягко расставаться. А еще в любом деле, в любом коллективе всегда важна атмосфера. Когда атмосфера хорошая, то царит взаимное уважение, радость от того, что видишь другого, какие-то шуточки-прибауточки, анекдоты, — это всегда большой плюс. И в этом случае зачастую все удается.
— За вами закрепилось реноме одного из главных бунтарей российского рока. Есть ли границы позволительного на сцене?
— Кто-то считает, что они есть, кто-то — что их нет, я же об этом не думал никогда. Да и не мне судить, бунтарь я или нет. Дайте помереть спокойно (усмехается), потом будете говорить обо мне, что хотите.
— Вы бывали в ДНР в зоне спецоперации, выступали перед ранеными бойцами, проходившими реабилитацию. Планируете ли еще выступать в новых регионах, давать концерты для военнослужащих?
— Если появится возможность опять туда поехать, быть рядом с теми мужчинами и женщинами, с удовольствием отправлюсь. Я об этом думаю.
Подводя итог, радиоведущий Андрей Мелихов подчеркнул, что песни Гарика Сукачева даже 30-летней давности слушают сегодня и молодые люди. Он в когорте тех, кто прославил нашу рок-музыку, начиная со второй половины 1980-х годов.
