Кукольница из Ростова создала волшебный мир по мотивам русских сказок

Кукольница из Ростова создала волшебный мир по мотивам русских сказок
Фото: Ирина Варламова, газета «Молот» ©

Ростовская область, 8 января 2026, DON24.RU. Кукольница из Ростова Евгения Никонорова трудится над непростыми художественными образами и создала волшебный мир по мотивам русских сказок. Об этом пишет газета «Молот».

Василиса без лица

– А дети не будут бояться, если я привезу своих Кощея и Бабу-ягу? – на всякий случай спросила Женя у Светланы Пчельниковой, организатора знаменитого «Бала кукол», на который уже более 20 лет собираются авторские куклы со всей страны. На этой выставке всегда много детворы.

– Не будут. Привози обязательно, – ответила Светлана.

1 января Кощей с Бабой-ягой, запакованные в большую коробку, в компании райских птиц отправились в Москву, на выставку. Осталась одна Василиса, которую надо еще довести до ума. Интересно, что этот персонаж будет без лица, так пожелала заказчица, которая уже приобрела у Жени нескольких кукол, а муж стал их бояться – говорит, что они как живые. Поэтому вопрос о Кощее и Бабе-яге был совсем не праздным.

Эти работы специалисты относят к разряду художественных, представляющих музейную ценность. Это на голову выше, чем коллекционные и авторские куклы. В арсенале Евгении Никоноровой есть и те и другие, и каждую куклу она всегда хотела сделать неповторимой.

«Самое ужасное – это когда начинающий кукольник начинает бездумно копировать работы своего учителя, пусть и знаменитого. Коллекционные куклы отличаются тем, что сразу узнаешь почерк мастера. В Белоруссии Галина Дмитрук делает большеглазых гламурных кукол в потрясающих нарядах и украшениях. Галине подражают многие, но ее барышень с другими не спутаешь», – считает Женя.

Известные с раннего детства злодеи Кощей и Баба-яга у мастера Никоноровой – как живые люди, мудрые и несколько печальные. Как их понять?

«Внутри моего Кощея – маленький мальчик. Это метафора. Может быть, его кто-то обидел в детстве, и это отразилось на его характере. А в моей Бабе-яге, у которой на плече сидит ворон, а внутри бьется сердце, больше мудрости, нежели злодейства. Наверное, женщина и должна быть такой, а в каких-то случаях быть и умнее мужчин с маленькими мальчиками в животе», – говорит мастерица.

Думать руками

Темная сторона и светлая, инь и ян, день и ночь, солнце и месяц – эти связанные между собой противоположности неизменно присутствуют в работах Евгении Никоноровой. На эту выставку едет птица Сирин, качающаяся  на месяце, а к следующей будут готовы птица Гамаюн и Солнце.

Трудиться над такими непростыми художественными образами приходится несколько месяцев, и хотя коллекционировать кукол сейчас модно, купить эти дорогие работы может далеко не каждый.

Участие в крупной выставке стоит денег, и если балы в Санкт-Петербурге и Москве, как правило, окупаются, в других городах мастера могут уйти в минус. А порой случается очень обидный форс-мажор: при перевозке куклы могут сломаться, приходится их реставрировать. Поэтому Евгения по-прежнему делает ватные игрушки, которыми увлеклась несколько лет назад.

Обратив внимание на многочисленные заготовки и инструмент, замечаю, что мастер кукольных дел должен уметь «думать руками».

«Я всегда любила рукодельничать, и, за что ни бралась, все у меня получалось. Лепка, вышивка, вязание, попробовала старинную мебель реставрировать — и тоже сноровка не подвела. Научилась делать литье из гипса. Подружка в шутку возмущалась: у тебя на кухне банки не с мукой стоят, а с гипсовым порошком», – смеется Евгения и говорит, что если занялся изготовлением кукол, то без этих умений – никуда.

Своих кукол она материт из папье-маше и специального пластика, а еще использует дерево и запчасти от автомобилей, поэтому знакомые из столярной мастерской и автосервиса уже знают, что может ей пригодиться, и откладывают нужные детали.

Женя всегда мечтала о собственной мастерской и, когда сынишка был маленьким, работала по ночам, а все кукольные богатства запирала в старинный шкаф резного дерева. Потому что зазевался – а карапуз уже весь бисер рассыпал, пластилин поломал на мелкие кусочки и нацелился на винтажные кружева. Теперь малыш стал воспитанником кадетского училища, а его детскую комнату переоборудовали под мастерскую для мамы. Все идет своим чередом.

Дзен

Комментировать

Редакция вправе отклонить ваш комментарий, если он содержит ссылки на другие ресурсы, нецензурную брань, оскорбления, угрозы, дискриминирует человека или группу людей по любому признаку, призывает к незаконным действиям или нарушает законодательство Российской Федерации

Прямо по курсу — ад: волонтер из Ростова рассказала об угрозах и о том, что придает ей силы

Прямо по курсу — ад: волонтер из Ростова рассказала об угрозах и о том, что придает ей силы
Фото: архив Ольги Карабейниковой ©

Ростовская область, 11 марта 2026, DON24.RU. Ростовчанка Ольга Карабейникова проехала дорогами войны столько километров, что можно было бы обогнуть земной шар три раза. Волонтер выезжает с гуманитаркой для бойцов СВО практически ежедневно. Об этом пишет газета «Молот».

Добирались с Божьей помощью

Донецк, Лисичанск, Мариуполь, Луганск, Бахмут (Артемовск), Угледар, Белгород и Курск... В этих городах Ольга побывала в самые тяжелые для них времена. Говорили, что туда нельзя, там опасно, можно погибнуть. Но как не ехать, если пришло сообщение от ребят: «После атаки у нас все сгорело». А бойцы стали для волонтера, словно родные дети. Своих у Ольги пятеро, самой младшей дочери 16 лет, старшая — инвалид.

Весна 2023 года, разгар Бахмутской операции, в городе гремят взрывы, даже бывалые бойцы вспоминали: «Было ощущение, что попал в ад».

— Мы въехали в город ночью, с выключенными фарами. Ехали и молились, чтобы добраться к своим, а не наоборот. На одной улице наши войска, а на другой — украинские. «Может, наденем бронежилеты?» — спрашиваю моего спутника, врача, который везет медикаменты своим коллегам. Он «успокаивает»: дескать, убьют хоть в бронежилете, хоть без него. На дороге — огромная воронка. Мы смотрели из окна машины, прикидывая, это ж каким снарядом так разворотило землю! — вспоминает Ольга.

Апрель 2023 года. Ожесточенные бои за Угледар. Ольга и водитель из Никольского монастыря везут монахам и местным жителям, укрывшимся в подвалах храма, воду, продукты и лекарства. Проехать село Никольское просто нереально, но они добираются с Божьей помощью целыми и невредимыми. Пока общаются с подземными обитателями, украинский танк не переставая палит по монастырю.

Живые и мёртвые

Подобных воспоминаний — море, и, казалось бы, надо сделать перерыв, отдохнуть, и такие мысли уже приходят на ум.

— Бывает, просыпаешься и понимаешь, что надо взять паузу. Мне ведь уже не 30 и даже не 40 лет. Но приходит сообщение от бойцов, и я понимаю, что не могу их бросить. Перед глазами лица ребят — и живых, и мертвых. Однажды в госпитале стояла возле парнишки, который лежал на носилках в коридоре. После боя привезли много раненых, и медики спасали тех, кого еще могли спасти. А этот паренек был уже не жилец. Он попросил: «Возьмите меня за руку, так страшно умирать». Поэтому, даже когда наваливается страшная усталость, встаю, еду на склад, формирую груз и опять в путь, — говорит Ольга.

Как и для большинства волонтеров, ее точкой отсчета стал момент, когда в феврале 2022 года на СВО добровольцем пошел старший сын. Ольга тогда подумала: костьми лягу, но не пущу. Отпустила, а сын вышел на связь лишь через месяц.

— Представляю, что вы пережили...

— Не представляете.

Однажды ночью Ольга проснулась от своего собственного крика и поняла: с сыном что-то случилось.

— Я начала молиться, а потом сын сказал: видимо, это меня и спасло. Ничто не может сравниться с силой материнской молитвы. Их группа три дня не могла выбраться из воронки, которую постоянно обстреливали и наши, и украинцы. Наши стреляли, чтобы не дать возможность противнику взять ребят в плен. Три дня они питались корешками и добывали влагу, рассасывая шарики, слепленные из земли. В какой-то момент решили прорываться к своим, и только выбрались из воронки, как заработала рация, до этого все время молчавшая. Разве это не чудо? Сослуживцы скорректировали пути отхода, группе удалось прорваться, но сына тяжело ранило, и я отправилась к нему в госпиталь. Разве может что-то остановить мать? Подбросили меня казаки, которые доставляли гуманитарный груз своему подразделению.

«Мама, ты жива?»

Домой Ольга вернулась с четким планом: стать волонтером и собрать вокруг себя единомышленников. Записная книжка стала в два раза тоньше — часть знакомых и друзей просила больше не звонить с просьбами помочь фронту. Но со временем она пополнилась телефонами новых друзей. Сейчас в группе Ольги Карабейниковой больше 1500 человек, охват — от Сахалина до Москвы, поэтому гумпомощь удается собирать оперативно.

Поначалу старший сын просил мать не рисковать, сейчас свыкся. Когда в Запорожской области взорвали машину с волонтерами из Ростова, позвонил, спросил: «Мама, ты жива?». Отговаривать от поездок уже не стал. Понял, что бесполезно.

С работы Ольге пришлось уволиться, деньгами помогают дети, и эти деньги опять-таки уходят на нужды фронта. Особенно ощутимы затраты на бензин.

— Был прием, устроенный в Ростовской гордуме накануне 8 Марта, и я предложила организовать для автоволонтеров топливные карты, аналогичные тем, что есть у скорой помощи. Мы ведь тоже по сути скорая помощь, — говорит Ольга.

Дзен
Лента новостей