Для президента: ростовский журналист о том, где производят для страны избирательные урны
Новошахтинск, 27 февраля 2024. DON24.RU. С 15 по 17 марта в России пройдут выборы президента. Это знаковое событие, которое, без сомнения, определит судьбу не только одной шестой части суши, но и всего мира. Тем интереснее не столь известный факт, что оборудование для избирательных участков не только донского региона, но и десятков других изготавливается на небольшом заводе недалеко от Ростова-на-Дону. На это обратила внимание газета «Молот».
Нужда в урнах
ЗРИО – именно так читается аббревиатура Завода рекламно-избирательного оборудования, который находится в Новошахтинске. Само слово вызывает ассоциативный ряд: «зри в корень», «видеть», что вовсе не случайно. Урны, в которые опускают избирательные бюллетени, выполнены из прозрачного полистирола по жестким стандартам, утвержденным Центризбиркомом. Волеизъявление граждан должно быть максимально прозрачным, и за этим зорко следит государство!
Между тем производство избирательного оборудования на Дону тоже началось не случайно и имеет давнюю историю. Первая уникальная продукция была разработана известным ростовским предпринимателем Владимиром Бабушкиным еще в середине лихих 1990-х, когда на всем пространстве бывшего СССР был в разгаре парад суверенитетов. Повсюду проходили выборы – от президентов новых республик до депутатов региональных и муниципальных органов представительной власти. И тогда оказалось, что повсеместно не хватает такой специфической продукции, как стенды для размещения предвыборных агитационных материалов, урны и ящики для бюллетеней, кабинки для голосования, и прочего оснащения избирательных участков, которое должно соответствовать строгим требованиям.
Владимир Бабушкин разработал дизайн ящиков и технологию их изготовления. Продукция ростовчан понравилась, один за другим пошли заказы. К сожалению, Владимир Александрович погиб в ДТП в 2014 году. Но начатое им дело продолжается.
Важна прозрачность
В Ростовской области более 2500 избирательных участков. В каждом из них должно быть не менее двух кабинок и двух стационарных урн для голосования, а также четырех переносных ящиков (с ними члены УИК по заявкам приходят к тем избирателям, которые не могут прибыть на участок). Все это должно быть изготовлено по определенным стандартам.
Фото: Александр Оленев
Центральная избирательная комиссия России несколько раз изменяла требования к ящикам для голосования. Если в 1990-х они были непрозрачными, из светло-серого поликарбоната, то в начале 2000-х ЦИК потребовала делать прозрачные стенки, чтобы были видны брошенные бюллетени. Но затем стали поступать жалобы на то, что прозрачные урны не обеспечивают тайну голосования. Тогда было принято решение делать полупрозрачные стенки – такие, чтобы было видно количество бюллетеней, но не просматривались сделанные в них отметки. Каждый раз специалисты завода меняли технологии, приспосабливаясь под новые требования. А в 2014 году ЦИК России потребовала, чтобы оборудование для выборов производилось полностью из отечественных комплектующих. И этот пункт неукоснительно выполняется.
«Наши фирменные разработки внешне кажутся простыми, но именно в такой простоте заложен огромный труд. Это касается особенностей опломбирования урн и ящиков, крепления КОИБ (комплекс обработки избирательных бюллетеней), который дает возможность удаленно контролировать местонахождение и количество опущенных бюллетеней. Имеются нюансы даже в креплении боковых ручек, за которые урну поднимают и опрокидывают, чтобы высыпать бюллетени на стол для ручного подсчета. Урны и ящики проходят испытания на прочность, устойчивость к возгоранию и соответствие некоторым другим параметрам», – рассказал «Молоту» директор производства Александр Галкин.
Доступно избирателю
Выборы президента России предъявляют новые требования. На избирательных участках повсеместно ведется обновление шторок и стенок в кабинках для голосования – на них наносятся логотипы выборов-2024. Как сообщила «Молоту» директор завода рекламно-избирательного оборудования Тамара Бабушкина, оборудование будет заменено или обновлено на всех участках. Время еще есть, на заводе работа в самом разгаре.
Есть новинка: заводские технологи разработали двухсекционную кабинку, а также кабину, приспособленную для голосования инвалидов-колясочников. Она отличается от стандартной своими габаритами: 1 м в глубину и шире обычной. И столик, на котором ставится отметка в бюллетене, тоже расположен ниже стандарта. На такие кабинки сейчас особенный спрос, поскольку учитывается требование закона о доступной среде для маломобильных групп населения.
На ростовский завод заказы приходят из десятков регионов России, среди которых Ленинградская область и Санкт-Петербург, Дагестан, Чеченская Республика, Волгоград, Брянск, Саратов, Кемерово. Ростовское оборудование будет поставляться и в избирательные участки ДНР. Кстати, донские урны и ящики для голосования побывали даже на передовой СВО в сентябре 2022 года, когда в Донбассе проходил референдум о вхождении в состав России.
«Уверен, что наше оборудование не подведет и поможет гражданам России сделать правильный выбор», – подчеркнул Александр Галкин.
Нецензурная брань, коррупция и кража холодильника, или адвокатские истории Владимира Лившица
Ростовская область, 4 февраля 2026, DON24.RU. В Донской государственной публичной библиотеке в Ростове-на-Дону прошла встреча с известным адвокатом Владимиром Лившицем. Он представил свою книгу «Защита Лившица» – сборник рассказов, написанных в разное время и основанных на реальных делах из его практики. Истории оказались настолько популярны среди юристов, что их цитировали в реальных судебных процессах другие адвокаты и даже прокуроры.
Владимир Лившиц и главный редактор ИА «ДОН 24» Виктор Серпионов
Фото: Елизавета Ростовская
На обороте книги есть предупреждение о наличии нецензурной лексики. Это сделано не случайно: во-первых, так требует закон, а во-вторых, это своеобразный маркетинговый ход.
«Хочу сказать, что брани как таковой здесь нет. То есть никто не ругается, но замечательные слова, которые существуют в русском языке и которые я стесняюсь устно произносить просто потому, что они эстетически звучат не очень хорошо на сцене, а на письме – самое то!» – рассказывает автор книги.
Каждый интеллигент в душе писатель
Владимир Львович признается, что никогда не стремился к писательству и даже сейчас не может назвать себя писателем. Однако он считает, что любой интеллигентный человек в какой-то степени писатель, поскольку способен излагать свои мысли письменно.
Даже простое желание закурить можно выразить так, что оно превратится в литературу: «Эх, закурить бы, подумал шофер, подъезжая к бензоколонке…Покойному было двадцать пять лет». Вот вам и литературное произведение с социально значимым, острым и драматическим сюжетом.
«Что уж говорить об адвокате, который всегда находится в центре какой-нибудь драматической истории и вынужден об этом писать», – отметил Владимир Лившиц.
А можно и так: берешь анекдот, пересказываешь, приукрашиваешь, добавляешь соответствующую сюжету лексику, записываешь, редактируешь – и вот тебе шедевр!
«Просто, как валенки», – отметил Владимир Львович.
Не только пишет, но еще и рисует
Оказалось, Владимир Лившиц причастен не только к тексту своей книги, но и к ее оформлению. Небольшая иллюстрация на четвертой странице тоже создана им.
Перед публикацией выяснилось, что в книге осталась одна пустая страница, что стало проблемой для издательства, поскольку в печатном листе восемь страниц, а их общее количество в книге должно быть кратно восьми или 16. Тогда Владимир Львович, со свойственной ему находчивостью, предложил добавить страницу с его собственным рисунком. Получив добро, он отправился в ближайшее кафе, где попросил ручку с карандашом, и вскоре на свет появилась замечательная иллюстрация.
Автор рисунка: Владимир Лившиц
Фото: Елизавета Ростовская
На рисунке изображена женщина с чуть сползшей повязкой на глазах. В одной руке она держит меч правосудия (больше похожий на нож), а другой придерживает механические весы. Это авторская интерпретация образа Фемиды. Рядом с ней стоит молодой прокурор – его юность выдает то, что вместо брюк на нем пока только нижнее белье.
По словам автора рисунка, эти двое «пытаются добыть истину», которая стоит тут же в зале. На столе перед ними лежат яблоки, они же доказательства по делу, которые герои пытаются поделить. Однако им мешает третий персонаж, грозно указующий в их сторону пальцем. Вероятно, так Лившиц изобразил адвоката.
«Заметьте, он ближе всех находится к истине», – подмечает Владимир Львович.
Также под столом, рядом с прокурором, сидит кот. Однако, в отличие от работ Босха, здесь этот зверек не несет дьявольского символизма. Как пояснил художник, кот появился лишь для того, чтобы заполнить пустое пространство рисунка.
Когда рассказы участвуют в судебных процессах
Рассказы Владимира Лившица не только увлекательны, но иногда находят неожиданное применение. Некоторые адвокаты используют их в судебной практике.
Например, в рассказе «Немного джаза» вор выносит из квартиры через пролом в потолке, сделанный сантехниками, телевизор и холодильник «Зил», вес которого примерно 110–120 кг.
« Я усомнился в том, что через отверстие диаметром 30 см при пятиметровых потолках можно вытащить холодильник «Зил». К счастью, тогда были народные заседатели, которые сказали: «Да, вообще нельзя». В итоге подсудимого оправдали», – рассказал Владимир Лившиц.
Позже в Таганроге знакомый гособвинитель поделился с Лившицем забавным случаем. Один адвокат, защищая клиента, в похожем деле о краже холодильника через пролом в стене сослался на рассказ «Немного джаза» как на судебный прецедент, на что судья ему сказала: «Лившица из себя не стройте». Это не единственный пример, когда творчество писателя становилось частью судебного разбирательства.
Неожиданная реклама от прокурора
На одном из судебных заседаний адвокат Владимир Лившиц готовился к ответному слову, конспектируя важные моменты из речи прокурора. Внезапно он с удивлением понял: прокурор дословно зачитывает текст из его собственного рассказа. А звучал он так:
«Некоторые циники от юриспруденции утверждают, что гражданские дела выигрывает тот, кто лучше соврет. Я категорически не согласен! Такие утверждения создают ложное представление о судопроизводстве и дезориентируют граждан, желающих отстаивать в суде свои права и законные интересы. Любому практикующему адвокату известно, что хорошо соврать – это лишь первая половина пути к успеху. Вторая половина – сделать так, чтобы этому поверили. И если первая половина относится к области науки, то вторая – это уже искусство. Что касается науки, то здесь все просто: в одну руку берешь норму права (в качестве общего правила), в другую – рассказ клиента (в качестве частного случая) и нахлобучиваешь одно на другое. Если не получается, то добавляешь нужные детали или убираешь ненужные. Это называется построение силлогизма и относится к формальной логике, которую проходят на первом курсе университета. С искусством посложнее. Тут главное – не перепутать, что и в какую руку положить. Я имею в виду, конечно, доказательства и их использование в ходе рассмотрения дела в суде».
После этого обвинитель указал на автора этих строк, то есть на Владимира Лившица и заявил: «И как можно после таких слов верить этому человеку?»
Владимир Львович поблагодарил прокурора за невольную рекламу и объяснил, что цитата вырвана из иронического контекста. Это был рассказ «Кобелиная песня», повествующий о том, как стаффордширский бультерьер съел пекинеса, и ирония заключалась в том, что реальный процесс больше напоминал «Ледовое побоище», где результат определялся не фактами, а административным ресурсом сторон. При таких обстоятельствах было уже неважно, кто кого съел – важно лишь, у кого «хвост длиннее».
Взгляд на коррупцию
«Коррупция в России всегда была и будет предметом глубокой озабоченности. Озабоченность проявляют все: министерства и ведомства, управления и департаменты, отделы и службы, должностные лица и граждане. Равнодушных тут нет», – с этих строк начинается рассказ «Принц и Нимфа».
Юг нашей необъятной, и особенно Ростовская область, в общественном мнении часто считается регионом с высоким уровнем коррупции. На вопрос о том, какова отличительная особенность коррупционных схем на Дону, Владимир Лившиц ответил, что они ничем принципиально не отличаются от аналогичных на Кубани или на Неве.
«Нынешняя кампания по борьбе с коррупцией, так же как все предыдущие и все последующие, может привести к системным изменениям, а может и не привести», – подытожил адвокат.
