Как предостеречь подростка от связей с криминальными субкультурами
Перед воспитанниками Шахтинского им. Я.П. Бакланова казачьего кадетского корпуса выступили представители Общественного совета при УМВД по Ростову-на-Дону и Общественного совета при УМВД по Шахтам. Встреча была посвящена развенчанию мифов вокруг асоциальной субкультуры и «блатной» романтики. Мероприятие открыл председатель Общественного совета при УМВД по городу Шахты Роман Кашаев.
Доцент ростовского Южно-Российского института управления РАНХиГС, кандидат юридических наук Юрий Блохин видит угрозу в распространении криминальной субкультуры среди подростков. По его словам, в Ростовской области эта субкультура не имеет корней и не распространена так широко, как в других регионах РФ, но в зоне риска, теоретически, находится любой подросток. Юрий Блохин рассказал «ДОН 24», как ему удалось развенчать мифы вокруг «блатной романтики» для нескольких десятков кадетов, посетивших его лекцию.
АУЕ не поможет
«Благодатную почву для развития криминальных субкультур наблюдаю в моногородах, но даже благополучная семья и хорошая школа – не панацея. Самые наглядные маркеры проникновения этой субкультуры в общество – аббревиатуры АУЕ на стенах зданий, которые расшифровываются как «Арестантский уклад един» или «Арестантско-уркаганское единство». Этот слоган призван создать у человека с неокрепшей психикой ощущение, что «о нем позаботятся», если у него начнутся проблемы с законом.
Фото: осмвдростов.рф
В силу своих психофизиологических особенностей дети склонны находить в этой сфере некоторую экзотику и романтику. Если смотреть на криминальную субкультуру с профессиональной точки зрения, можно увидеть, насколько сильно она влияет на правосознание подростков. А последствия для очарованного мифами подростка могут быть крайне неблагоприятными. Человеку, который о «зоне» знает только по телесериалам и рассказам «бывалых», важно вовремя показать, к чему такое увлечение может привести.
Тюремная романтика особенно привлекательна для подростков как наиболее любознательных членов общества. Ее охотно преподносят в телесериалах и на отечественной эстраде. Не услышать блатную песню порой сложнее, чем отфильтровать такой контент и оградить себя от него, особенно если такого опыта нет.
Кто в группе риска?
На самом деле, в группе риска находится любой ребенок. Во-первых, субкультурные отношения в подростковом возрасте – это социально-психологическая закономерность, а во-вторых, подростки не изолированы от своих сверстников, от средств массовой информации, в силу чего каждый из них может стать носителем идей криминальной подростковой субкультуры.
Я вижу, что почти все подростки, с которыми мне довелось общаться в ходе лекции, знакомы со значением аббревиатуры, владеют в некоторой степени жаргонизмами и криминальными правилами поведения, но знания эти поверхностные. Это свидетельствует о том, что элементы криминальной субкультуры давно проникли в повседневную жизнь даже законопослушных граждан.
На мой взгляд, кадеты проявили живой интерес к этой теме. У каждого присутствовавшего на беседе подростка есть конкретная цель в жизни, в основном связанная с военной карьерой. Но как дети, живущие среди других подростков, они интересовались особенностями взаимоотношений среди своих ровесников в камерах следственного изолятора или в воспитательной колонии. Объясняется это тем, что тюремная субкультура – это неформальная организация жизнедеятельности, элементы которой так или иначе возникают во всех изолированных общностях. Она включает в себя не только чисто криминальные правила и идеи, но и те, которые упорядочивают процесс взаимоотношений. То есть в ней действуют те же самые социально-психологические закономерности, что развиваются и в их среде. Поэтому важно, чтобы они не приняли за модель взаимоотношений нормы, установленные среди преступников.
Фото: осмвдростов.рф
Как говорить с подростком о рисках криминальной субкультуры
Такие занятия следует проводить во всех подростковых коллективах. Самое сложным для меня было преподнести подросткам серьезные вопросы, изучаемые на научном уровне. Ход занятия, используемые методы и формы подачи информации, ее содержание определялись возрастными особенностями аудитории – 13–14 лет. Поэтому занятие началось с установления психологического контакта в игровой форме.
Говорить об этой теме с подростками непросто, и нужен подход, который позволит достучаться до ребенка и вовлечь его в беседу, предложить поразмышлять. Мне кажется, нам удалось наладить контакт: это был диалог, дети задавали вопросы, что-то вызывало у них смех, а что-то заставляло задуматься.
Я приводил примеры, которые показывают, как нелепо ведут себя несовершеннолетние заключенные, у которых следование правилам криминальной субкультуры перерастает в ритуал. Они не понимают смысла этого правила в силу их невежества, противопоставления себя всем взрослым, когда у них отсутствуют контакты с родителями, а функции наставника нередко занимает взрослый преступник. Я подчеркнул, что кадеты в отличие от преступников имеют благоприятное окружение, постоянную заботу со стороны взрослых, которые всем своим участием в их жизни помогают добиться поставленных высоких целей.
Лучший пример – из жизни реального человека
Можно сколько угодно говорить, как это опасно, что это ломает судьбы, что такое увлечение не закончится ничем хорошим, но самым действенным приемом, как оказалось, было чтение писем заключенных, которые они отправляли своим близким. Один из осужденных писал своей маме. Он вспоминал, как она молилась за него, как ждала после первого срока, с какой надеждой она встречала у ворот. Он просил прощения за то, что не слушал ее и вновь оказался за решеткой, умолял ее простить и дождаться. Это письмо было настолько эмоциональным, что после его прочтения в аудитории воцарилась тишина. После того, как дети осмыслили услышанное, они обрушили на меня шквал вопросов.
Я советую учиться на чужих ошибках и не идти по дороге, которую выбрали осужденные: они, по собственным признаниям, испортили свою жизнь и жизнь своих близких, лишив себя многих перспектив».
