Алгоритмы спасения
Ростовская область, 3 июля 2026. Телеканал «ДОН 24». Печень называют главной химической лабораторией организма. Она очищает кровь, вырабатывает белки, участвует в обмене веществ. При поражении этого органа трансплантация – единственный шанс. Именно его несколько месяцев назад получил Виктор Щербаков в Ростовской областной клинической больнице.
Виктор Щербаков, пациент РОКБ:
«Диагноз цирроз печени у меня был поставлен в шестнадцатом году. Но четыре года назад я обратился в областную больницу и с тех пор находился в листе ожидания».
Алина Цыганкова, корреспондент:
«Пересадка печени – это только первый этап. Дальше начинается не менее ответственная работа – контроль за состоянием пациента. Именно здесь и начинается тесная связь работы между терапевтом и диагностами, которые помогают увидеть буквально изнутри назревающую проблему».
В печени нет нервных окончаний, потому пациент не почувствует, что с ней что-то не так. Вот и Виктор до очередного контрольного приема ни на что не жаловаться.
Екатерина Пак, заведующая гастроэнтерологическим отделением РОКБ:
«Доктора смутил какой-то подъем печеночных трансаминаз. Он тут же экстренно послал на УЗИ. Узисты экстренно звонят гепатологу, говорят: «Отправляйте на КТ». То есть вся бригада – гепатолог, узист, рентгенолог работают вот просто в связке».
Диагноз подтвердили быстро – тромб почти на три четверти перекрыл воротную вену пересаженной печени. Для пациента после трансплантации такое осложнение может стоить жизни.
Галина Новикова, заведующая отделением ультразвуковой диагностики РОКБ:
«В частности, ультразвук говорит о том, что в сосуде, в артерии, в вене есть изменения. Если артерия, это может быть тромбоз, это может быть стеноз. И если эти признаки выявляются, то пациенту сразу выполняется в результате действия нашего алгоритма ангиография с последующим лечением. И не теряется время на какие-либо другие исследования».
Как научиться замечать угрозу еще до того, как она станет необратимой? Врачи Ростовской областной клинической больницы сразу стали искать ответ. За десять лет практики проведения трансплантации через Центр хирургии и координации донорства прошли 7,5 тыс. пациентов с циррозом печени. Для 164 из них единственным шансом стала трансплантация.
Екатерина Пак, заведующая гастроэнтерологическим отделением РОКБ:
«На каждого пациента более 257 показателей различных: лабораторных, инструментальных, УЗИ, рентген, реанимационные какие-то мероприятия».
Этот массив данных превратился в одну из крупнейших специализированных баз наблюдения за пациентами до и после трансплантации печени. Эта информация легла в основу двух авторских патентов. Еще два получили на алгоритмы действий врачей при самых опасных послеоперационных осложнениях.
Ольга Кучеренко, заведующая рентгенодиагностическим отделением РОКБ:
«Бывает так, что не все видно при ультразвуковой диагностике, но есть клинические показания, есть изменения лабораторные. То об этом, конечно, заказ мы получаем от гастроэнтеролога, от хирурга, тоже немедленно выполняется исследование, мы работаем в круглосуточном режиме».
Теперь после трансплантации каждый следующий шаг известен заранее.
Вячеслав Коробка, главный врач РОКБ, главный трансплантолог Ростовской области:
«Каждый год у нас четыре-пять новых решения какой-то хирургической задачи или проблемы появляются. Чем они хороши? Тем, что они появляются на основе практического опыта».
Но главная ценность этих разработок – вовсе не патенты. Они нужны лишь для того, чтобы любой пациент, как и Виктор Щербаков, после трансплантации думал не о болезни, а о новой, полноценной жизни.
Больше новостей в нашем канале в МАХ - https://max.ru/don24tv
«Диагноз цирроз печени у меня был поставлен в шестнадцатом году. Но четыре года назад я обратился в областную больницу и с тех пор находился в листе ожидания».
Алина Цыганкова, корреспондент:
«Пересадка печени – это только первый этап. Дальше начинается не менее ответственная работа – контроль за состоянием пациента. Именно здесь и начинается тесная связь работы между терапевтом и диагностами, которые помогают увидеть буквально изнутри назревающую проблему».
В печени нет нервных окончаний, потому пациент не почувствует, что с ней что-то не так. Вот и Виктор до очередного контрольного приема ни на что не жаловаться.
Екатерина Пак, заведующая гастроэнтерологическим отделением РОКБ:
«Доктора смутил какой-то подъем печеночных трансаминаз. Он тут же экстренно послал на УЗИ. Узисты экстренно звонят гепатологу, говорят: «Отправляйте на КТ». То есть вся бригада – гепатолог, узист, рентгенолог работают вот просто в связке».
Диагноз подтвердили быстро – тромб почти на три четверти перекрыл воротную вену пересаженной печени. Для пациента после трансплантации такое осложнение может стоить жизни.
Галина Новикова, заведующая отделением ультразвуковой диагностики РОКБ:
«В частности, ультразвук говорит о том, что в сосуде, в артерии, в вене есть изменения. Если артерия, это может быть тромбоз, это может быть стеноз. И если эти признаки выявляются, то пациенту сразу выполняется в результате действия нашего алгоритма ангиография с последующим лечением. И не теряется время на какие-либо другие исследования».
Как научиться замечать угрозу еще до того, как она станет необратимой? Врачи Ростовской областной клинической больницы сразу стали искать ответ. За десять лет практики проведения трансплантации через Центр хирургии и координации донорства прошли 7,5 тыс. пациентов с циррозом печени. Для 164 из них единственным шансом стала трансплантация.
Екатерина Пак, заведующая гастроэнтерологическим отделением РОКБ:
«На каждого пациента более 257 показателей различных: лабораторных, инструментальных, УЗИ, рентген, реанимационные какие-то мероприятия».
Этот массив данных превратился в одну из крупнейших специализированных баз наблюдения за пациентами до и после трансплантации печени. Эта информация легла в основу двух авторских патентов. Еще два получили на алгоритмы действий врачей при самых опасных послеоперационных осложнениях.
Ольга Кучеренко, заведующая рентгенодиагностическим отделением РОКБ:
«Бывает так, что не все видно при ультразвуковой диагностике, но есть клинические показания, есть изменения лабораторные. То об этом, конечно, заказ мы получаем от гастроэнтеролога, от хирурга, тоже немедленно выполняется исследование, мы работаем в круглосуточном режиме».
Теперь после трансплантации каждый следующий шаг известен заранее.
Вячеслав Коробка, главный врач РОКБ, главный трансплантолог Ростовской области:
«Каждый год у нас четыре-пять новых решения какой-то хирургической задачи или проблемы появляются. Чем они хороши? Тем, что они появляются на основе практического опыта».
Но главная ценность этих разработок – вовсе не патенты. Они нужны лишь для того, чтобы любой пациент, как и Виктор Щербаков, после трансплантации думал не о болезни, а о новой, полноценной жизни.
Больше новостей в нашем канале в МАХ - https://max.ru/don24tv
Лента новостей