Лед, вода и сходы вагонов: в Ростове нарушена работа трамвайной сети
Ростовская область, 13 февраля 2026, DON24.RU. В Ростове в период обильных осадков и резкого перепада температур на маршрутах отсутствовали трамваи. О причинах этого ИА «ДОН 24» рассказали в администрации города.
По информации властей, основная проблема заключалась в очистке рельсов. При механизированной уборке очищается только поверхность дорожного покрытия, тогда как рельсы в большинстве случаев расположены ниже его уровня. Для безопасного прохождения трамвая необходимо очищать не только головку рельса, но и внутреннюю часть, где проходит реборда колеса. Эти работы выполняются исключительно вручную.
При попадании туда льда или сильно спрессованного снега существует риск схода вагона с рельсов. В связи с невозможностью обеспечить безопасность перевозок были временно приостановлены маршруты № 4 и № 6. Маршруты № 7 и № 10 работали по укороченной схеме – от площади Мичурина до Центрального рынка.
«Ситуация осложнялась экстремально низкими температурами в ночное время. Кроме этого, в отличие от других городов в Ростове-на-Дону большая часть трамвайных путей совмещена с движением автомобильного транспорта, который при движении по трамвайным путям вновь забивает рельс. Поэтому необходимо было проводить повторную очистку», – сообщили в администрации города.
Работы по очистке трамвайных путей 7 февраля были завершены, движение восстановлено в штатном режиме. Однако уже 8 февраля из-за плюсовой температуры, дождя и активного таяния снега пути оказались подтоплены, что вновь привело к остановке движения, а 9 февраля, после понижения температуры, на отдельных участках образовался лед. В настоящее время продолжается ручная очистка путей. На 12 февраля восстановлена работа маршрутов № 1 и № 7, остальные линии планируют запустить после завершения всех работ.
Как сообщили в администрации города, очистку проводит МУП «РТК» в круглосуточном режиме. Так как стрелочные переводы и механизмы стрелочного перевода находятся ниже поверхности дорожного покрытия, они забиваются, затем снег спрессовывается, превращается в лед. В отдельных случаях специалистам приходилось отогревать механизмы газовыми горелками.
«Маршрутная сеть города Ростова-на-Дону охватывает все районы города, соединяя их с центральной его частью либо с крупными пересадочными пунктами. В настоящее время сеть включает в себя в том числе 92 автобусных маршрута. Трамвайные и троллейбусные маршруты на всей протяженности дублируются автобусными маршрутами, схема движения которых организована по соседним улицам», – добавили в администрации города.
Из-за высокого уровня автомобилизации и погодных условий в городе фиксировались заторы, что привело к увеличению интервалов движения общественного транспорта.
Контроль за перевозчиками осуществляется с использованием системы ГЛОНАСС. Как отметили местные власти, выпадение осадков не освобождает перевозчиков от исполнения муниципальных контрактов. В случае недовыпуска транспорта на линию применяются штрафные санкции.
Также в городе работает круглосуточная горячая линия Городского центра управления пассажирскими перевозками, обращаться по телефону 8-800-222-76-76.
Ранее в СМИ прошел слух о том, что «Синара – ГТР Ростов-на-Дону» разорвала концессионное соглашение с администрацией Ростова. Информацию ИА «ДОН 24» прокомментировали в компании.
Прямо по курсу — ад: волонтер из Ростова рассказала об угрозах и о том, что придает ей силы
Ростовская область, 11 марта 2026, DON24.RU. Ростовчанка Ольга Карабейникова проехала дорогами войны столько километров, что можно было бы обогнуть земной шар три раза. Волонтер выезжает с гуманитаркой для бойцов СВО практически ежедневно. Об этом пишет газета «Молот».
Добирались с Божьей помощью
Донецк, Лисичанск, Мариуполь, Луганск, Бахмут (Артемовск), Угледар, Белгород и Курск... В этих городах Ольга побывала в самые тяжелые для них времена. Говорили, что туда нельзя, там опасно, можно погибнуть. Но как не ехать, если пришло сообщение от ребят: «После атаки у нас все сгорело». А бойцы стали для волонтера, словно родные дети. Своих у Ольги пятеро, самой младшей дочери 16 лет, старшая — инвалид.
Весна 2023 года, разгар Бахмутской операции, в городе гремят взрывы, даже бывалые бойцы вспоминали: «Было ощущение, что попал в ад».
— Мы въехали в город ночью, с выключенными фарами. Ехали и молились, чтобы добраться к своим, а не наоборот. На одной улице наши войска, а на другой — украинские. «Может, наденем бронежилеты?» — спрашиваю моего спутника, врача, который везет медикаменты своим коллегам. Он «успокаивает»: дескать, убьют хоть в бронежилете, хоть без него. На дороге — огромная воронка. Мы смотрели из окна машины, прикидывая, это ж каким снарядом так разворотило землю! — вспоминает Ольга.
Апрель 2023 года. Ожесточенные бои за Угледар. Ольга и водитель из Никольского монастыря везут монахам и местным жителям, укрывшимся в подвалах храма, воду, продукты и лекарства. Проехать село Никольское просто нереально, но они добираются с Божьей помощью целыми и невредимыми. Пока общаются с подземными обитателями, украинский танк не переставая палит по монастырю.
Живые и мёртвые
Подобных воспоминаний — море, и, казалось бы, надо сделать перерыв, отдохнуть, и такие мысли уже приходят на ум.
— Бывает, просыпаешься и понимаешь, что надо взять паузу. Мне ведь уже не 30 и даже не 40 лет. Но приходит сообщение от бойцов, и я понимаю, что не могу их бросить. Перед глазами лица ребят — и живых, и мертвых. Однажды в госпитале стояла возле парнишки, который лежал на носилках в коридоре. После боя привезли много раненых, и медики спасали тех, кого еще могли спасти. А этот паренек был уже не жилец. Он попросил: «Возьмите меня за руку, так страшно умирать». Поэтому, даже когда наваливается страшная усталость, встаю, еду на склад, формирую груз и опять в путь, — говорит Ольга.
Как и для большинства волонтеров, ее точкой отсчета стал момент, когда в феврале 2022 года на СВО добровольцем пошел старший сын. Ольга тогда подумала: костьми лягу, но не пущу. Отпустила, а сын вышел на связь лишь через месяц.
— Представляю, что вы пережили...
— Не представляете.
Однажды ночью Ольга проснулась от своего собственного крика и поняла: с сыном что-то случилось.
— Я начала молиться, а потом сын сказал: видимо, это меня и спасло. Ничто не может сравниться с силой материнской молитвы. Их группа три дня не могла выбраться из воронки, которую постоянно обстреливали и наши, и украинцы. Наши стреляли, чтобы не дать возможность противнику взять ребят в плен. Три дня они питались корешками и добывали влагу, рассасывая шарики, слепленные из земли. В какой-то момент решили прорываться к своим, и только выбрались из воронки, как заработала рация, до этого все время молчавшая. Разве это не чудо? Сослуживцы скорректировали пути отхода, группе удалось прорваться, но сына тяжело ранило, и я отправилась к нему в госпиталь. Разве может что-то остановить мать? Подбросили меня казаки, которые доставляли гуманитарный груз своему подразделению.
«Мама, ты жива?»
Домой Ольга вернулась с четким планом: стать волонтером и собрать вокруг себя единомышленников. Записная книжка стала в два раза тоньше — часть знакомых и друзей просила больше не звонить с просьбами помочь фронту. Но со временем она пополнилась телефонами новых друзей. Сейчас в группе Ольги Карабейниковой больше 1500 человек, охват — от Сахалина до Москвы, поэтому гумпомощь удается собирать оперативно.
Поначалу старший сын просил мать не рисковать, сейчас свыкся. Когда в Запорожской области взорвали машину с волонтерами из Ростова, позвонил, спросил: «Мама, ты жива?». Отговаривать от поездок уже не стал. Понял, что бесполезно.
С работы Ольге пришлось уволиться, деньгами помогают дети, и эти деньги опять-таки уходят на нужды фронта. Особенно ощутимы затраты на бензин.
— Был прием, устроенный в Ростовской гордуме накануне 8 Марта, и я предложила организовать для автоволонтеров топливные карты, аналогичные тем, что есть у скорой помощи. Мы ведь тоже по сути скорая помощь, — говорит Ольга.
