Клюква на «медвежьей тропе» и кукумария: больше полугода длится одиссея ростовчанки на Камчатке

Клюква на «медвежьей тропе» и кукумария: больше полугода длится одиссея ростовчанки на Камчатке
Фото: Фото из архива Елены Ведмедь ©

Ростовская область, 19 января 2022. DON24.RU. В мае прошлого года ростовчанка Елена Ведмедь с головой пустилась в авантюру, внезапно отправившись за 10 с лишним тысяч километров на восток, на другой конец России, в маленький поселок Оссора на полуострове Камчатка. О своей одиссее она рассказала журналисту газеты «Молот». 

Метели, вьюги и мороз в 27 градусов, возможность полакомиться диковинными видами красной и белой рыбы, сбор клюквы на «медвежьей тропе», поездка осенью на вездеходе по тундре, одевшейся в багрянец, корякский праздник Хололо... И это далеко не весь перечень того, что испытала на себе Елена Ведмедь.

– Здесь, в Оссоре, к слову, издают районную газету, и профессиональным журналистам будут рады. Так что вы подумайте, вдруг вам интересен такой вариант, – объясняет она мне.

И я понимаю, что она вовсе не шутит.

А еще на протяжении всей своей камчатской эпопеи Елена активно и старательно ведет аккаунт в соцсети, благодаря чему жители Дона одним глазком уже и сами увидели настоящую, без прикрас, Камчатку: Елена пишет о местной кухне и о продуктах с неведомыми нашему уху названиями вроде кукумария и рыба кумжа, об обычаях коряков, о нюансах вылова рыбы и способе быстро ее разделать, о пурге, снегоходах, кедраче, о смысле жизни на краю света. Обо всем этом, а еще о том, как дать толчок развитию туризма внутри страны, чем донской регион может быть привлекателен для туристов с Дальнего Востока, «Молот» Елену и расспросил.

Когда все дороги исхожены

– Елена, на Камчатке вы уже больше полугода, но подписчики порой продолжают недоумевать: дескать, как вас угораздило оказаться на севере Дальнего Востока, в поселке, вся территория которого – несколько улиц на берегу Тихого океана? Тем более что, насколько я знаю, ваша профессия никак не связана ни с рыболовством, ни с изучением традиций народов Севера...

– Я по образованию архитектор, работала всю жизнь графическим дизайнером, иллюстратором. Но тут, в Оссоре, уже больше 23 лет живет моя подруга, и мне давно мечталось выбраться на Камчатку. А тут пришла пандемия, в работе периодически стали возникать паузы. И я решила поехать, пожить там недолго, устроиться на время путины на местный рыбзавод, подзаработать… Да и потом, в последние годы было ощущение, которое наверняка кому-то знакомо: все вроде бы хорошо, но ты живешь по накатанной, перед глазами – одни и те же картины, тебе ставят однотипные задачи. Хочется глотка свежего воздуха, чтобы «перезапустить» себя, начать жить заново.

На рыбкомбинат я в итоге не устроилась. Но нашла другую, напряженную и нервную, но нужную, как мне кажется, работу: тружусь на муниципальной службе, помогаю местным неблагополучным семьям. А сейчас я уже так прикипела душой к этим краям, так «залипла», так привязалась к здешним людям, что не смогу, наверное, в Ростове. Хотя если уеду с Камчатки, то обоснуюсь в тихом местечке возле Дона.

Банкетный зал с видом на сопки

– Что из того, что вы увидели или попробовали на Камчатке, особенно удивило, запомнилось?

– Тут есть то, что на самом деле для любого туриста ценнее всего: необычность. Ты будто высаживаешься на другую планету. Если говорить о конкретике, потрясает уже даже природа. Чтобы попасть в Оссору, я летела из Ростова с пересадкой в Москве до Петропавловска-Камчатского. Но оттуда до нашего поселка – еще 1000 км на север. А дорог в тундре почти нет. Добираться до Оссоры нужно с помощью авиасообщения – на самолете или вертолете. В сезон навигации ходят кораблики. А между селами передвижение только на вездеходах и автомобилях-внедорожниках, зимой – на снегоходах. Асфальт тут не стелют, так как он попросту не выдерживает здешних температур. Немногие существующие дороги выложены из бетонных плит.

Как объясняет Елена, на Камчатке порой чувствуешь себя, как на другой планете. Фото из архива Елены Ведмедь.

Но прекрасно помню, как я, прилетев в Оссору, вышла к Тихому океану и глотнула местный влажный чистейший воздух: он был потрясающим и остается таким по сей день, его будто пьешь. Здешняя зима, конечно, суровее ростовской. Бывает, наметает сугробы до подоконника. Но зато потом от деревьев не оторвать глаз: сахарные ветки поблескивают, покрытые будто стразами Сваровски.

А еще недавно мне здесь на день рождения подарили прекрасные баффины – сапоги с литой прорезиненной поверхностью и войлочным валенком внутри, рассчитанные на мороз до 50 градусов. Врезалась в память и поездка осенью за клюквой к озеру, куда приходит нереститься не выловленная людьми в путину красная рыба – кижуч, кета, красница. Особенность лососевых в том, что, отнерестившись, они умирают. Такую полуживую рыбу человеку есть уже нельзя, а вот бурым мишкам вполне можно. И в сезон они тут постоянно рыбачат: устроили себе на берегах озера банкетный зал и прямо тут же – туалет с живописным видом на сопки (усмехается).

Но на этих же болотистых почвах растет прекрасная клюква, и камчадалы ездят ее собирать. К слову, по счастью, пока я ни разу с мишкой не пересеклась. Хотя рано утром они нередко забредают в наш поселок, это фиксировали видеокамеры. Однажды делала утреннюю зарядку на краю поселка, а за час до того, как выяснилось позже, там бродил медведь.

Камчатские сугробы с ростовскими зимами не сравнить. Фото из архива героини публикации. 

Рыба вместо хлеба

– Позади – Новый год и Рождество. Чем праздничные столы на Камчатке отличаются от донских застолий?

– Оссору начали строить в 50-х годах XX века. А на 1970-е пришелся расцвет как Оссоры, так и других поселков на берегу Берингового моря, ориентированных на рыбзаводы. В придачу в этих краях существовали колхозы, где разводили оленей, действовала заготконтора, где скупали у охотников пушнину, но все это прекратило существовать в 1990-е годы.

В XX веке сюда, покорять край света, со всего Советского Союза ехали дерзкие и смелые, но романтики. Потом они тут осели, теперь здесь живут их потомки и, разумеется, представители такой исконно северной народности, как коряки. Недалеко есть корякское село Тымлат, заходишь в тамошнюю школу – и будто ты в Японии, у коряков свой тип внешности. А во многих других населенных пунктах такое потрясающее смешение национальностей – повсюду армянские, осетинские, украинские, узбекские фамилии! В общем, коктейль из людей бывшего Советского Союза. Меня не покидает ощущение, что вернулась в СССР.

Я это к чему? Так как населяют Камчатку выходцы из СССР (плюс сейчас сюда работать по контракту приезжают из разных уголков России), они придерживаются тех же кулинарных привычек, что и остальные россияне: на Новый год – оливье, картошка, горячее мясное или рыбное блюдо.

Но, конечно, рыба тут везде и у всех. Когда-то коряки сушили ее без соли, которую здесь было не достать, делали юколу – сушено-вяленую рыбу. И эту рыбу ели вместо хлеба. Сейчас такого нет, конечно. Но морозильники забиты рыбой. Навага (разновидность тресковых) тут – как у нас вареная колбаса, ее полно, и она не особо котируется. Путина была летом, но сейчас у людей есть замороженный фарш лососевых, копченая корюшка, в продаже – пресервы из кижуча и красницы (эти виды рыб для пресервов оптимальны), коряки салу предпочитают смалец из нерпы.

В придачу началась зимняя рыбалка, ловят ту же навагу, щуку. У моей приятельницы подруга увлекается зимней рыбалкой. Уловы хорошие, недавно принесла и поставила в подъезде многоквартирного дома ведро бесплатной рыбы: «Кому надо, берите, а остатки я собакам раздам». А еще можно раздобыть вкуснятину – белую рыбу кумжу.

Возить провизию через тундру скоро обещают и на таких вездеходах. Фото из архива Елены Ведмедь. 

«А разве огурцы у вас не китайские?»

– У вас за плечами составление иллюстраций для «Нескучного путеводителя по Ростову», тема привлечения туристов вам не чужая. Есть ли на Дону «крючочки», которыми можно было бы заинтересовать, заманить к нам туристов с Дальнего Востока?

– Для камчадалов главный донской манок – наше изобилие продуктов, особенно овощей, фруктов и ягод, зелени, мяса. В Ростове я однажды сняла видео, просто придя летом на рынок у дома. Тут тебе и синенькие, и кабачки, коробки с болгарским перцем, всевозможные яблоки, огурцы и помидоры всех калибров, чеснок, лук, морковка, початки кукурузы, пучки кинзы, абрикосы, малина. Смонтировала простенький ролик «Обычный южный день». А недавно обнаружила это видео в телефоне.

В Ростовской области не отдают себе отчета, насколько на самом деле на Дону вкусно живется, какие у нас ароматные, сочные овощи, фрукты, ягоды, зелень. Когда я показала этот ролик на Камчатке, он удивил и вызвал восторг! Люди недоверчиво спрашивали: «А что, к вам не везут китайские огурцы и чеснок?». Да, Камчатка потихоньку преображается: строят новые дома со всеми коммунальными благами, дают там служебные квартиры специалистам, которые приезжают работать по контракту. Или, например, в Оссоре создали новый уютный краеведческий музей.

Но овощи и фрукты, «молочка», животноводство – это слабая сторона. Камчатское лето короткое, длится два месяца, тут успевают вырастить клубнику, смородину, картошку, морковь и свеклу, есть клюква, брусника, шикша, княженика и еще некоторые ягоды, в теплицах – огурцы. Но существенную часть провизии везут кораблями и самолетами. Немало овощей и фруктов из Китая. И это совсем не то. Что-то подпорченное, что-то подгнившее, что-то засохшее, что-то «пластиковое». Нет того аромата, того вкуса...

Потому лично я упор делала бы на донское витаминное многообразие, популяризировала бы его по максимуму. И донские цены камчадалов поразили бы. На Камчатке я, например, покупала привозные огурцы по 400 рублей за кг, тепличные местные – по 300. В Ростове они в то время стоили 30 руб./кг. А что мне было неприятно на Дону, так это замусоренность, приезжаешь на любимый пляж – грязно... На Камчатке везде девственная чистота, и хорошо было бы это перенять.

Комментировать

Редакция вправе отклонить ваш комментарий, если он содержит ссылки на другие ресурсы, нецензурную брань, оскорбления, угрозы, дискриминирует человека или группу людей по любому признаку, призывает к незаконным действиям или нарушает законодательство Российской Федерации

От вибриссов до гайваней: «Молот» собрал необычные хобби ростовчан и жителей региона

От вибриссов до гайваней: «Молот» собрал необычные хобби ростовчан и жителей региона
Фото: архив Дмитрия Девятова ©

Ростов-на-Дону, 8 февраля 2024. DON24.RU. В Ростовской области немало людей, выбравших в качестве своего хобби коллекционирование. Разумеется, любой филателист легко объяснит, зачем ему нужна 50-я марка, и каждый нумизмат с гордостью расскажет о великой ценности каждой из его монет. Но коллекционирование подобных предметов – весьма распространенное увлечение. А как насчет более редких вещей, например, кукол в национальных костюмах, чайников, гайваней и макетов русских печей?

Ростовчанка Елена Мещерякова собирает кошачьи и собачьи усы, их научное название – вибриссы.

«И даже не спрашивайте, зачем: ответа я до сих пор не знаю, – призналась она журналисту «Молота». – Хобби не приобретает масштабы, просто иногда я нахожу усы своего дворового кота на полу или на диване, или знакомые и коллеги приносят мне бережно завернутые в салфетки «запчасти» их питомцев. И кстати, они все абсолютно разные! Все это добро я храню в плотном прозрачном пакете. У меня есть усы не только обычных беспородных котиков, но и модных – шотландской короткошерстной, а еще шпица, грейхаунда... Вот только от котов моей любимой породы сфинкс за 15 лет я не добыла ни одного уса: у всех трех сфинксов, что у меня жили, они отсутствовали».

Фото: faktodrom.com

Новочеркасец Дмитрий Девятов собирает макеты русских печей, блиндажей, танков и оружия. Причем собственными руками.

Первая на Дону самодвижущаяся печь, макеты легендарного советского танка Т-34 в натуральную величину, а еще блиндажа, стрелкового оружия времен Великой Отечественной, истребителя Т-16, прозванного в народе «ишачком»… Эти предметы – дело рук жителя Новочеркасска, заместителя атамана станичного казачьего общества «Верхнее» Дмитрия Девятова. Печь-самоходка, на которой можно было еще и прокатиться, произвела в Новочеркасске в минувшие зимние праздники фурор.

«Мастерил печь я примерно неделю, по ночам – с 23:00 до 04:00. Со временем украсил ее котелком, лукошком, лампой керосиновой. Будем на ней кататься на Масленицу», – рассказал Дмитрий.

Для театрального номера он смастерил миниатюрный танк из фанеры, приделал ему колеса.

Фото: Дмитрий Девятов

Но и планов громадье. Мастер надеется изготовить макет корабля-парусника с иллюминаторами, за которыми даже плавали бы виртуальные рыбы. Еще одна мечта – сделать транспорт Бабы-Яги – самодвижущуюся деревянную ступу. Хочет снабдить ее звуками устремляющейся в космос ракеты-носителя...

«А главная цель – погружать земляков в российскую и советскую историю, знакомить с традициями», – отмечает энтузиаст.

В коллекции ростовчанина Игоря Седелкина – десяток чайников и гайваней.

«Сначала мне просто очень понравился китайский чай – с этого все и началось, – рассказал Игорь Седелкин. – Он сильно отличался от привычного, причем каждый новый сорт не похож на другой, при правильном заваривании каждый пролив тоже отличается по вкусу и аромату! Также меня впечатлила эстетическая составляющая китайского чаепития. В общем, посуда была такая, что ее хотелось иметь. Особенно чайники… Поэтому сейчас у меня с десяток чайников (часть – подаренные), к ним я отношу и гайвани. С легкостью могу рассказать, чем фаянсовый отличается от стеклянного, и тем более глиняные один от другого – какой лучше для какого сорта и типа чая. Главное – все же собственно чай и вода. Безусловно, имеет значение и температура, и соотношение количества чая и воды, и время заваривания… Но все же, пусть меня закидают камнями все продающие посуду для китайского чаепития, заварить чай можно и в любой (чистой) стеклянной банке, разница, мягко говоря, будет незначительной. Однозначно не во столько раз, во сколько отличаются цены на аутентичные чайники и пиалы».

Фото: Игорь Седелкин

Одну из крупнейших коллекций солдатиков в донском крае собрал председатель Ростовского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Александр Кожин.

«Интерес к этой коллекции определяется не только самим собранием, но и тем, какую роль она сыграла в истории нашего региона, – говорит Александр Кожин. – Несколько сотен фигурок экспонировались на первой подобной выставке «Стойкий оловянный солдатик», которая прошла в 1986 году в Музее советско-болгарской дружбы в парке «Плевен». Она проходила трижды, и на этой основе сформировался Донской военно-исторический клуб. Он стал предтечей возрождения донского казачества. Участники клуба стали первыми носить казачью форму, они организовывали первые реконструкции и походы. Сейчас в коллекции тысячи фигурок: от римских легионеров до солдат наполеоновских войн и Великой Отечественной. Разумеется, представлена и казачья тема, которая вызывает большой интерес у знатоков военной истории. Коллекция хранится дома и на работе. Специально для нее я заказал стеклянные стеллажи с подсветкой».

Фото: Александр Кожин

Ростовчанка Людмила Симиненко коллекционирует фигурки танцовщиц в национальных костюмах.

«Часть моего детства прошла в Магаданской области, и на всю жизнь запомнилась одежда местных жителей – эвенков и коряков, – рассказала Людмила Симиненко. – Это меховые куртки-парки, сапожки-унты, изящные шапки-авуны с опушкой. Все яркое, богато декорированное лентами, бисером, подвесками. Когда танцевал национальный ансамбль, было очень красиво. У меня была кукла в эвенкийской одежде. Наверное, поэтому, повзрослев, начала собирать куколки в национальных нарядах. Я много путешествовала и везде покупала такие фигурки, которые делают местные умельцы. Армения, Грузия, Абхазия, Украина и Белоруссия, Франция, Шотландия, Италия, Испания... Мой муж, видя такое увлечение, тоже стал дарить мне фигурки по праздникам. Появились негритянка, китаянка, прочая экзотика. Им компанию составили фарфоровые балеринки и девочки-ангелочки. Эта разномастная компания теперь разместилась по полкам и шкафам во всем доме, коллекцию с интересом рассматривают наши гости».

Фото: Людмила Симиненко

Скоро в донской столице начнут экспонировать коллекцию ретровелосипедов ростовчанина Дмитрия Гусева.

«Я их очень долго собирал, но, когда перестал заниматься велопрокатом, в какой-то момент прекратил пополнять коллекцию. 20 велосипедов хранились на складе, который недавно затопило, поэтому я решил, что пора организовать выставку», – рассказал «Молоту» Дмитрий Гусев.

Экспозицию интегрируют в интерьер пространства «А-центр», расположенного на территории бывшей табачной фабрики. С учетом стиля лофт ретровелосипеды разместят на стенах.

Фото: архив Дмитрия Гусева

«Среди интересного в коллекции – «немцы» 1930–1940-х годов. Это велосипеды, найденные после Победы. Есть и модели Diamant, которые поставляли в СССР по репарации в качестве возмещения ущерба, причиненного в ходе Великой Отечественной войны», – уточнил Дмитрий Гусев, отметив, что восстановит данные, чтобы подготовить информационные таблички.