90-летняя сестра милосердия из Новочеркасска словом и делом поддерживает нуждающихся
Ростовская область, 25 ноября 2025, DON24.RU. Сестра милосердия сестричества святой блаженной Ксении Петербургской Мария Маслова посещать храм стала еще в детстве: несмотря на запреты, родители ходили в церковь вместе с дочерью. Через несколько лет девочка осталась сиротой: отец погиб на фронте, а мама умерла, когда Марии было шесть лет. Также она похоронила двоих братьев. Племянники живут в разных городах, поэтому с тетей они встречаются редко, но стараются собираться в ее день рождения. Очерк о сестре милосердия в сегодняшнем номере публикует газета «Молот».
В обществе милосердия Мария Ивановна с тех пор, как только его открыли в 1999 году. В сестричестве главное правило — послушание, то есть исполнение любых просьб и заданий. Сейчас в него входят 110 женщин, за каждой закреплено послушание, нагрузка на сестру — два часа в неделю. Это позволяет и работать, и не отрываться от семьи.
«Я всегда выполняю его с удовольствием. Приходилось прислуживать и в больнице, например, в онкологическом отделении, куда мы приходили с отцом Даниилом. Пациенты просили дать им возможность исповедоваться, причаститься. Я читала им молитвы, приглашала с собой в больницу батюшку, он всех слушал», — рассказала «Молоту» Мария Ивановна.
Она молится каждый день за всех, кто ее об этом попросил. Составляет на бумаге список имен, иногда получается большая стопка.
«Когда я захожу в наш Свято-Михайло-Архангельский храм, она всегда встанет, пожмет руку, скажет что-то доброе… Это придает много сил и энергии. Я ловлю каждое ее слово, — отметила руководитель отдела по церковной благотворительности и социальному служению новочеркасского благочиния Ирина Чумаченко. — Так, как несет послушание она, сможет не каждый человек. Когда у меня были большие проблемы в семье, поддержка Марии Ивановны вывела меня из ужасного состояния, благодаря ей все наладилось».
Мария Маслова хорошо помнит годы войны. Когда-то ей пришлось оказывать помощь двум раненым бойцам, которые прятались в погребе у нее в доме. Но это продолжалось недолго, наши войска пришли совсем скоро.
«Несмотря на то что я много лет живу одна, никогда не была одинока. Вокруг меня всегда люди. В храме все помогают, приносят продукты, провожают до дома. Я бы могла все это делать сама, силы есть и сейчас, но подводит больное колено», — подчеркнула сестра милосердия.
В юности Мария Ивановна выучилась на массажиста, занимается этим даже сейчас. Делает на дому совершенно бесплатно. После массажа дает рекомендации, как сохранить его эффект. Когда-то она избавила от боли в пояснице и дала возможность ходить без палочки профессору в профилактории, в котором работала.
«Во время празднования юбилея нашего учреждения он подошел ко мне и громко при всех сказал: «Это она меня на ноги поставила!» Я сказала: «Нет, это Всевышний вас исцелил», — рассказала Мария Ивановна.
Прямо по курсу — ад: волонтер из Ростова рассказала об угрозах и о том, что придает ей силы
Ростовская область, 11 марта 2026, DON24.RU. Ростовчанка Ольга Карабейникова проехала дорогами войны столько километров, что можно было бы обогнуть земной шар три раза. Волонтер выезжает с гуманитаркой для бойцов СВО практически ежедневно. Об этом пишет газета «Молот».
Добирались с Божьей помощью
Донецк, Лисичанск, Мариуполь, Луганск, Бахмут (Артемовск), Угледар, Белгород и Курск... В этих городах Ольга побывала в самые тяжелые для них времена. Говорили, что туда нельзя, там опасно, можно погибнуть. Но как не ехать, если пришло сообщение от ребят: «После атаки у нас все сгорело». А бойцы стали для волонтера, словно родные дети. Своих у Ольги пятеро, самой младшей дочери 16 лет, старшая — инвалид.
Весна 2023 года, разгар Бахмутской операции, в городе гремят взрывы, даже бывалые бойцы вспоминали: «Было ощущение, что попал в ад».
— Мы въехали в город ночью, с выключенными фарами. Ехали и молились, чтобы добраться к своим, а не наоборот. На одной улице наши войска, а на другой — украинские. «Может, наденем бронежилеты?» — спрашиваю моего спутника, врача, который везет медикаменты своим коллегам. Он «успокаивает»: дескать, убьют хоть в бронежилете, хоть без него. На дороге — огромная воронка. Мы смотрели из окна машины, прикидывая, это ж каким снарядом так разворотило землю! — вспоминает Ольга.
Апрель 2023 года. Ожесточенные бои за Угледар. Ольга и водитель из Никольского монастыря везут монахам и местным жителям, укрывшимся в подвалах храма, воду, продукты и лекарства. Проехать село Никольское просто нереально, но они добираются с Божьей помощью целыми и невредимыми. Пока общаются с подземными обитателями, украинский танк не переставая палит по монастырю.
Живые и мёртвые
Подобных воспоминаний — море, и, казалось бы, надо сделать перерыв, отдохнуть, и такие мысли уже приходят на ум.
— Бывает, просыпаешься и понимаешь, что надо взять паузу. Мне ведь уже не 30 и даже не 40 лет. Но приходит сообщение от бойцов, и я понимаю, что не могу их бросить. Перед глазами лица ребят — и живых, и мертвых. Однажды в госпитале стояла возле парнишки, который лежал на носилках в коридоре. После боя привезли много раненых, и медики спасали тех, кого еще могли спасти. А этот паренек был уже не жилец. Он попросил: «Возьмите меня за руку, так страшно умирать». Поэтому, даже когда наваливается страшная усталость, встаю, еду на склад, формирую груз и опять в путь, — говорит Ольга.
Как и для большинства волонтеров, ее точкой отсчета стал момент, когда в феврале 2022 года на СВО добровольцем пошел старший сын. Ольга тогда подумала: костьми лягу, но не пущу. Отпустила, а сын вышел на связь лишь через месяц.
— Представляю, что вы пережили...
— Не представляете.
Однажды ночью Ольга проснулась от своего собственного крика и поняла: с сыном что-то случилось.
— Я начала молиться, а потом сын сказал: видимо, это меня и спасло. Ничто не может сравниться с силой материнской молитвы. Их группа три дня не могла выбраться из воронки, которую постоянно обстреливали и наши, и украинцы. Наши стреляли, чтобы не дать возможность противнику взять ребят в плен. Три дня они питались корешками и добывали влагу, рассасывая шарики, слепленные из земли. В какой-то момент решили прорываться к своим, и только выбрались из воронки, как заработала рация, до этого все время молчавшая. Разве это не чудо? Сослуживцы скорректировали пути отхода, группе удалось прорваться, но сына тяжело ранило, и я отправилась к нему в госпиталь. Разве может что-то остановить мать? Подбросили меня казаки, которые доставляли гуманитарный груз своему подразделению.
«Мама, ты жива?»
Домой Ольга вернулась с четким планом: стать волонтером и собрать вокруг себя единомышленников. Записная книжка стала в два раза тоньше — часть знакомых и друзей просила больше не звонить с просьбами помочь фронту. Но со временем она пополнилась телефонами новых друзей. Сейчас в группе Ольги Карабейниковой больше 1500 человек, охват — от Сахалина до Москвы, поэтому гумпомощь удается собирать оперативно.
Поначалу старший сын просил мать не рисковать, сейчас свыкся. Когда в Запорожской области взорвали машину с волонтерами из Ростова, позвонил, спросил: «Мама, ты жива?». Отговаривать от поездок уже не стал. Понял, что бесполезно.
С работы Ольге пришлось уволиться, деньгами помогают дети, и эти деньги опять-таки уходят на нужды фронта. Особенно ощутимы затраты на бензин.
— Был прием, устроенный в Ростовской гордуме накануне 8 Марта, и я предложила организовать для автоволонтеров топливные карты, аналогичные тем, что есть у скорой помощи. Мы ведь тоже по сути скорая помощь, — говорит Ольга.
