Как офицер из Ростова помог состыковать «Союз» и «Аполлон»

Ростов-на-Дону, 12 апреля 2019. DON24.RU. Ростовчанин Владимир Шторгин стал одним из тех, кто принимал участие в космической пилотируемой программе «Союз» – «Аполлон». Именно он отдавал команды космическому кораблю «Союз-19» на стыковку с американским «Аполлоном» 15 июля 1975 года. Сегодня, в День космонавтики, он вспоминает о том, как это было.

– Владимир Владимирович, как вы попали в программу «Союз» – «Аполлон»?

– В 1975 году я, молодой офицер, служил на Камчатке на командно-измерительном комплексе (в/ч 14086). Это самый восточный центр управления космическими аппаратами в нашей стране, последний пункт слежения за космическими кораблями.

Солдаты в/ч 14086 на фоне антиамериканского плаката, установленного на территории части

Проходя Камчатку, космические корабли уходили в другое полушарие, и ни один наземный пункт слежения в СССР видеть их уже не мог.

Когда космические аппараты снова входили в зону видимости, их брали на сопровождение центры дальней космической связи в Симферополе и Евпатории. Кстати, эти центры также работали по программе «Союз» – «Аполлон».

Что касается первого в истории совместного полета космических кораблей СССР и США, то впервые я узнал о нем еще в 1972 году, когда учился в Ростовском высшем командно-инженерном училище имени главного маршала артиллерии Неделина (бывшем РАУ, расположенном на площади Ленина). Тогда нам, военным курсантам, предоставили для изучения закрытую литературу по данной тематике. Это были переводные материалы иностранных, в основном американских, печатных изданий.

– Какова была ваша роль в проекте?

– Я заступил на дежурство в составе основного расчета командно-измерительного комплекса, который находился неподалеку от Петропавловска-Камчатского. Вместе со мной службу несли еще несколько десятков человек – офицеры, сержанты и солдаты.

Этот комплекс предназначался для обеспечения полетов космических аппаратов типа «Союз» и «Молния». Одновременно я участвовал в управлении полетом орбитальной космической станции «Салют», которая летала вокруг Земли как раз в то же время.

Но когда стартовал «Союз-19» с Леоновым и Кубасовым на борту, то все остальные задачи были отложены, и мне было поручено заниматься только проектом «Союз» – «Аполлон».

– Получается, вы управляли первым совместным пилотируемым полетом?

– Надо пояснить, что космическим аппаратом управляют с земли. Именно этим я и занимался на Камчатке.

В состав комплекса входило две антенны – одна приемная, другая передающая. Антенны комплекса «Сатурн» сопровождали космический аппарат, когда он двигался по околоземной орбите. Для переговоров с космонавтами использовалась другая аппаратура – станция «Заря».

Антенны космической связи

– Сколько длился сеанс связи с «Союзом»?

– Обычно не более 8–10 минут. Управление космическим аппаратом осуществляется, когда он находится в зоне видимости. В зависимости от наклонения орбиты «Союз» совершал от 4 до 12 витков в течение суток.

Как только корабль показывался из-за горизонта, на него нацеливались антенны «Сатурна». По командной радиолинии на борт «Союза» поступали команды и программы на управление кораблем.

– Какие, например?

– Отдавались команды на торможение двигателей, на проведение ориентации и стабилизации космического аппарата. Пока космический аппарат находится в зоне радиовидимости, нужно было успеть снять телеметрическую информацию. Телеметрия важна для того, чтобы понять, что происходит с кораблем. Мы смотрели, как корабль выполняет команды, как ведет себя аппаратура, какая температура на борту, каково напряжение питания. Одновременно производились измерения параметров орбиты: дальности и скорости.

Информация эта нужна для уточнения орбиты корабля, которая постоянно меняется. Влияет много факторов: притяжение Земли, влияние Солнца и магнитного поля. Нужно знать, в какой точке корабль появится, рассчитать орбиту. Корректировка орбиты осуществляется путем выдачи команды на включение/отключение двигателей.

Все команды выполняются автоматически. В том числе стыковка «Союза» и «Аполлона» (стыковки редко выполняются в ручном режиме). Как правило, стандартная процедура стыковки происходит на 33-м витке.

– Почему на 33-м?

– Рассчитали, что так лучше с точки зрения баллистики, да и энергозатраты меньше. Сейчас стыковка гораздо быстрее, по короткой траектории, чтобы космонавты не болтались в космосе почти двое суток.

В 1975-м мы контролировали полет со своей стороны Земли, американцы – со своей. Стыковка – важнейший момент в проекте «Союз» – «Аполлон». Мы тщательно следили, чтобы правильно состыковать корабли. Все время проводил на службе, за две недели я редко бывал дома. Зато получил благодарность от госкомиссии, которая отвечала за программу «Союз» – «Аполлон».

– А как проводилась подготовка к полету?

– Ажиотаж в Камчатском центре царил неимоверный. Мы начали готовить наземную аппаратуру за  два месяца до полета – проверяли и тестировали приборы, проводили контрольные замеры. Всю технику разобрали вплоть до винтика и собрали вновь. И все равно казусов не избежали. На первом сеансе связи с «Союзом» напряжение электропитания упало до критического минимума, 180 вольт. Я уже думал, что произойдет самопроизвольное выключение. И это в первый же день такого грандиозного события! Но все обошлось, отработали благополучно.

– Почему непримиримые враги, СССР и США, затеяли совместный, почти дружеский проект?

– Луна заставила. Американцы только что закончили миссию на Луне. Да и мы осуществили удачные запуски посадочных модулей. На спутнике Земли к тому времени работали советские «лунные тракторы»: «Луноход-1», первое в мире транспортное средство, побывавшее на другой планете (он прошел 10 км), и «Луноход-2», который одолел 40 км.

Когда специалисты подвели итоги лунных программ, то впервые стало ясно, насколько дорогое удовольствие – исследование Луны. Появилась здравая мысль объединить усилия. Так родился проект совместного полета двух космических кораблей, который должен был послужить началом сотрудничества двух великих космических держав в исследовании космоса.

Полет 1975 года стал отправной точкой для всех последующих совместных программ. Без рукопожатия командиров кораблей Алексея Леонова и Томаса Стаффорда были невозможны совместные полеты космонавтов и астронавтов на станцию «Мир», космические шаттлы, МКС.

Участники полета: Слейтон, Стаффорд, Бранд, Леонов, Кубасов

В тот момент Советский Союз был великой космической державой. Да, американцы высадились на Луне, но это не привело к прорыву в их технологиях. Технических заделов у нас было больше. Не случайно они относились тогда к нам уважительно, как к равноправным партнерам.

Потом было много совместных проектов с США, но такого воодушевления уже не было. Да и американцы уже не жаждали равноправных отношений. А тогда это был первый опыт нашего сотрудничества в космосе. Все хотели провести совместный эксперимент.

Все гордились, что принимают участие в этой программе, чувствовали свою причастность к большим свершениям. Старались сделать все как надо.

Между тем

Ростовская область внесла заметный вклад в развитие космонавтики. Здесь действуют крупные промышленные предприятия космической отрасли, готовят кадры для научных исследований. Помимо этого два советских космонавта родились на Дону.