Певчий голос заряженных частиц: правнук изобретателя терменвокса впервые дал концерт в Ростове
Ростовская область, 4 июня 2025. DON24.RU. Петр Термен, правнук изобретателя первого в мире электронного музыкального инструмента, терменвокса, дал концерт в донской столице. Ранее он бывал в Ростове только с обучающими лекциями. Мероприятие состоялось в рамках фестиваля «МОСТ–IV».
Чарующая мелодия, похожая на скрипку или виолончель, наполнила простор зала. Извлечение звука из маленькой деревянной коробочки похоже на магический ритуал – музыкант двигает руками в воздухе, прикасаясь лишь к невидимым электромагнитным волнам.
Видео: Никита Юдин / don24.ru / АО «Дон-медиа»
Чудо происходит благодаря изменению емкости поля, окружающего терменвокс. Генерируется оно всего двумя металлическими антеннами. Горизонтальная помогает регулировать громкость, вертикальная – высоту тона. Приближение рук к каждой из них усиливает, соответственно, громкость и высоту звука. Тембр, выдерживаемый инструментом, часто сравнивают с человеческим голосом.
Терменвокс в полноценном тандеме с акустической арфой исполнили кавер-версии известных композиций в жанрах неоклассика, нью-эйдж, латина и джаз. Вместе им удалось воплотить в жизнь размеренную релакс-программу.
Вела концерт солистка РАСО, лауреат премии Русского арфового общества Ирина Негадова. Она – единственная арфистка на Дону, которая дает концерты. Идея выступления, кавер-обработка композиций, подбор состава исполнителей тоже принадлежат ей. В зале также звучали виолончель Екатерины Корольковой и скрипка Екатерины Беспаловой.
Лев Термен, советский физик и музыкант, изобрел терменвокс в 1920 году, и с того момента инструмент не просто изменился, он прошел весь путь технологических революций.
«Я всегда очень осторожно отношусь к тому, воспринимать это как эволюцию или нет, потому что, по большому счету, инструменты, созданные в начале 1930-х, остаются потрясающими, уникальными и имеют ряд преимуществ перед современными. В то же время у современных тоже есть свои особенности», – рассказал он.
Однако, по словам музыканта, если бы его прадед не совместил в себе качества изобретателя, визионера и педагога, возможно, человечество не смогло бы оценить разработку по достоинству.
«Когда появляется какой-то клавишный инструмент, у нас не возникает вопроса, как на нем играть, даже если он абсолютно новый. С терменвоксом совершенно иная история. Это было слишком ново», – рассуждает Петр Термен.
Петр признается, что полноценно поиграть на терменвоксе ему удалось лишь в 19 лет. В семье был только один рабочий аппарат, все остальные нуждались в тщательной реставрации.
Тем не менее мужчина с детства проявлял интерес к изобретению; в семейном архиве хранятся фотографии случая, когда он, еще будучи малышом, пробрался в лабораторию и попытался его включить. Терменвокс же он услышал раньше всех прочих инструментов.
Так или иначе, второй десяток лет можно считать достаточно осознанным возрастом для выбора дела всей жизни. Концертно-просветительская деятельность Петра Термена длится фактически 15 лет, и питает ее не чувство долга, а веление сердца:
«Было понятно, что это инструмент, который мне интересен именно как музыканту, что он позволит раскрыть новые грани меня самого, реализовать в музыке то, что я хочу каким-то уникальным образом выразить».
В подростковом возрасте принять родство с уважаемым родственником Петру было непросто. Само собой, при виде мальчика люди в первую очередь вспоминали прадеда.
«Но когда ты становишься старше, понимаешь, что это несет в себе и плюсы, и минусы. Это определенная ответственность. Переживаешь, если написали статью с искажением фактов. Когда начинаешь обсуждать сценарий с режиссером документального кино или когда сам занимаешься продвижением инструмента, знаешь, что работа не будет идеальной», – отмечает Петр Термен.
Школы, обучающие игре на терменвоксе, существуют не только в России, но и по всему миру. Отечественные можно охарактеризовать стремлением блюсти традицию звукоизвлечения, положенную именно Львом Терменом и его учениками, тогда как зарубежные – стремлением к экспериментам.
«Есть разные подходы в Европе, в Японии. Это как есть, например, русская пианистическая школа и другие. Есть разные педагоги в разных странах и, конечно, внутри России, которые придерживаются совершенно разных точек зрения о том, как нужно играть на фортепиано. Интересно и замечательно, что есть другие стили, но с точки зрения техники они нам не очень нравятся», – делится мыслями Петр.
Петр полагает, что российская школа состоятельнее по одной простой и вполне логичной причине: в нашей стране игре на терменвоксе обучаются с момента его рождения, более века. С наступлением пандемии, как и в целом времени глобальных противоречий на международной политической арене, давать уроки и нести голос искусства стало сложнее. Тем не менее в прошлом году Петру удалось выступить на фестивалях в Казахстане, Узбекистане и Турции.
«Это то, что является частью нас, нашей идентичности в конечном счете – кто твои родители, кто твой дед, прадед. Лев Сергеевич был настоящим гением, изменившим музыку, оказавшим огромное влияние на человеческую культуру. Он продолжает делать это и по сей день, объединяя людей по всему миру», – говорит Петр.
В основном деятельность Петра сконцентрирована именно в России. Концерты и обучающие семинары, лекции он проводит одинаково часто.
Ранее концерт русской классики в донской столице дали китайские виртуозы.
Нецензурная брань, коррупция и кража холодильника, или адвокатские истории Владимира Лившица
Ростовская область, 4 февраля 2026, DON24.RU. В Донской государственной публичной библиотеке в Ростове-на-Дону прошла встреча с известным адвокатом Владимиром Лившицем. Он представил свою книгу «Защита Лившица» – сборник рассказов, написанных в разное время и основанных на реальных делах из его практики. Истории оказались настолько популярны среди юристов, что их цитировали в реальных судебных процессах другие адвокаты и даже прокуроры.
Владимир Лившиц и главный редактор ИА «ДОН 24» Виктор Серпионов
Фото: Елизавета Ростовская
На обороте книги есть предупреждение о наличии нецензурной лексики. Это сделано не случайно: во-первых, так требует закон, а во-вторых, это своеобразный маркетинговый ход.
«Хочу сказать, что брани как таковой здесь нет. То есть никто не ругается, но замечательные слова, которые существуют в русском языке и которые я стесняюсь устно произносить просто потому, что они эстетически звучат не очень хорошо на сцене, а на письме – самое то!» – рассказывает автор книги.
Каждый интеллигент в душе писатель
Владимир Львович признается, что никогда не стремился к писательству и даже сейчас не может назвать себя писателем. Однако он считает, что любой интеллигентный человек в какой-то степени писатель, поскольку способен излагать свои мысли письменно.
Даже простое желание закурить можно выразить так, что оно превратится в литературу: «Эх, закурить бы, подумал шофер, подъезжая к бензоколонке…Покойному было двадцать пять лет». Вот вам и литературное произведение с социально значимым, острым и драматическим сюжетом.
«Что уж говорить об адвокате, который всегда находится в центре какой-нибудь драматической истории и вынужден об этом писать», – отметил Владимир Лившиц.
А можно и так: берешь анекдот, пересказываешь, приукрашиваешь, добавляешь соответствующую сюжету лексику, записываешь, редактируешь – и вот тебе шедевр!
«Просто, как валенки», – отметил Владимир Львович.
Не только пишет, но еще и рисует
Оказалось, Владимир Лившиц причастен не только к тексту своей книги, но и к ее оформлению. Небольшая иллюстрация на четвертой странице тоже создана им.
Перед публикацией выяснилось, что в книге осталась одна пустая страница, что стало проблемой для издательства, поскольку в печатном листе восемь страниц, а их общее количество в книге должно быть кратно восьми или 16. Тогда Владимир Львович, со свойственной ему находчивостью, предложил добавить страницу с его собственным рисунком. Получив добро, он отправился в ближайшее кафе, где попросил ручку с карандашом, и вскоре на свет появилась замечательная иллюстрация.
Автор рисунка: Владимир Лившиц
Фото: Елизавета Ростовская
На рисунке изображена женщина с чуть сползшей повязкой на глазах. В одной руке она держит меч правосудия (больше похожий на нож), а другой придерживает механические весы. Это авторская интерпретация образа Фемиды. Рядом с ней стоит молодой прокурор – его юность выдает то, что вместо брюк на нем пока только нижнее белье.
По словам автора рисунка, эти двое «пытаются добыть истину», которая стоит тут же в зале. На столе перед ними лежат яблоки, они же доказательства по делу, которые герои пытаются поделить. Однако им мешает третий персонаж, грозно указующий в их сторону пальцем. Вероятно, так Лившиц изобразил адвоката.
«Заметьте, он ближе всех находится к истине», – подмечает Владимир Львович.
Также под столом, рядом с прокурором, сидит кот. Однако, в отличие от работ Босха, здесь этот зверек не несет дьявольского символизма. Как пояснил художник, кот появился лишь для того, чтобы заполнить пустое пространство рисунка.
Когда рассказы участвуют в судебных процессах
Рассказы Владимира Лившица не только увлекательны, но иногда находят неожиданное применение. Некоторые адвокаты используют их в судебной практике.
Например, в рассказе «Немного джаза» вор выносит из квартиры через пролом в потолке, сделанный сантехниками, телевизор и холодильник «Зил», вес которого примерно 110–120 кг.
« Я усомнился в том, что через отверстие диаметром 30 см при пятиметровых потолках можно вытащить холодильник «Зил». К счастью, тогда были народные заседатели, которые сказали: «Да, вообще нельзя». В итоге подсудимого оправдали», – рассказал Владимир Лившиц.
Позже в Таганроге знакомый гособвинитель поделился с Лившицем забавным случаем. Один адвокат, защищая клиента, в похожем деле о краже холодильника через пролом в стене сослался на рассказ «Немного джаза» как на судебный прецедент, на что судья ему сказала: «Лившица из себя не стройте». Это не единственный пример, когда творчество писателя становилось частью судебного разбирательства.
Неожиданная реклама от прокурора
На одном из судебных заседаний адвокат Владимир Лившиц готовился к ответному слову, конспектируя важные моменты из речи прокурора. Внезапно он с удивлением понял: прокурор дословно зачитывает текст из его собственного рассказа. А звучал он так:
«Некоторые циники от юриспруденции утверждают, что гражданские дела выигрывает тот, кто лучше соврет. Я категорически не согласен! Такие утверждения создают ложное представление о судопроизводстве и дезориентируют граждан, желающих отстаивать в суде свои права и законные интересы. Любому практикующему адвокату известно, что хорошо соврать – это лишь первая половина пути к успеху. Вторая половина – сделать так, чтобы этому поверили. И если первая половина относится к области науки, то вторая – это уже искусство. Что касается науки, то здесь все просто: в одну руку берешь норму права (в качестве общего правила), в другую – рассказ клиента (в качестве частного случая) и нахлобучиваешь одно на другое. Если не получается, то добавляешь нужные детали или убираешь ненужные. Это называется построение силлогизма и относится к формальной логике, которую проходят на первом курсе университета. С искусством посложнее. Тут главное – не перепутать, что и в какую руку положить. Я имею в виду, конечно, доказательства и их использование в ходе рассмотрения дела в суде».
После этого обвинитель указал на автора этих строк, то есть на Владимира Лившица и заявил: «И как можно после таких слов верить этому человеку?»
Владимир Львович поблагодарил прокурора за невольную рекламу и объяснил, что цитата вырвана из иронического контекста. Это был рассказ «Кобелиная песня», повествующий о том, как стаффордширский бультерьер съел пекинеса, и ирония заключалась в том, что реальный процесс больше напоминал «Ледовое побоище», где результат определялся не фактами, а административным ресурсом сторон. При таких обстоятельствах было уже неважно, кто кого съел – важно лишь, у кого «хвост длиннее».
Взгляд на коррупцию
«Коррупция в России всегда была и будет предметом глубокой озабоченности. Озабоченность проявляют все: министерства и ведомства, управления и департаменты, отделы и службы, должностные лица и граждане. Равнодушных тут нет», – с этих строк начинается рассказ «Принц и Нимфа».
Юг нашей необъятной, и особенно Ростовская область, в общественном мнении часто считается регионом с высоким уровнем коррупции. На вопрос о том, какова отличительная особенность коррупционных схем на Дону, Владимир Лившиц ответил, что они ничем принципиально не отличаются от аналогичных на Кубани или на Неве.
«Нынешняя кампания по борьбе с коррупцией, так же как все предыдущие и все последующие, может привести к системным изменениям, а может и не привести», – подытожил адвокат.
