don24.ru ДОН24 ФМ-на Дону Молот Реклама Пресс-центр
Press centre logo
Общество

На археологическом подворье в Недвиговке можно увидеть артефакты, не попавшие в музей

Археолог Геннадий Беспалый как рачительный хозяин не может дать им опять сгинуть

17 октября, 19:03189 просмотров

В ходе раскопок археологи поднимают на свет много артефактов, но далеко не все они попадают в музеи. В том месте, где находятся отвергнутые хранилищами истории предметы, побывала корреспондент don24.ru.

То, что музею не в радость

Ведущий археолог ООО «Донское наследие» Геннадий Беспалый с женой Ольгой «квартируют» в доме, который впору назвать археологическим общежитием. В 1993 году дом в Недвиговке был приобретен экспедицией Института археологии из Берлина. Экспедиция уехала, дом остался. На его подворье и стали свозить предметы, не попавшие в закрома музейных фондов.

Знакомство с ними – настоящее путешествие во времени. К примеру, сложенный из плит песчаника столик, на котором мирно расположилась ножовка, а рядом – ведра.

«Это из-под Грушевской, – рассказал Геннадий. – Оттуда, где появится аэропорт. Там в прошлом году копали курганы, которых в Ростовской области еще много осталось нетронутых».

В обнаруженной детской могиле, представшей взорам ученых в виде каменного ящика, рядом с детским скелетом лежали два игральных костяных кубика и стоял горшочек. Этот «инвентарь» отправился в музей, а плиты Геннадий как рачительный хозяин – не пропадать же добру – привез в Недвиговку.

У дорожки расположились антропоморфные камни с некрополя Танаиса, время раскопок – 2013 год. Тогда было много шума вокруг обнаруженного комплекса захоронений, где находили покой многие танаиты. Огромные камни располагались кругами, и выглядело все столь эффектно, что было решено сохранить это в первозданном виде. Сегодня этот пустырь зарос сорняками, оставленные камни вне раскопа выглядят как-то жалко, а антропоморфные камни (скорее всего, надгробия) на ярком октябрьском солнце сияют своей желтизной, радуя глаз. Кому еще, как не тем, кто поднимал их на дневной свет, столь бережно относиться к многовековым артефактам?

Рядом почти целая амфора, в ней – сухой букет, а рядом лежит обломок ручки с горлышком.

«С осколками этого сосуда родом с острова Родоса возиться не захотели, – объяснил Геннадий. – А мы склеили, и вроде бы неплохо получилось».

У отреставрированной полуамфоры – нечто странное, каменное и ребристое.

«Это ХIХ–ХХ век, в Недвиговке подобрал», – как-то пренебрежительно отмахивается археолог.

«Этим» оказалась молотилка для злаковых. По разложенным снопам лошадь возила этот ребристый инструмент, выколачивая из колосьев зерна.

И оседлые, и кочевники

Подходим к самому главному: в этом году археологи «Донского наследия» вели раскопки в пойме реки Тузлов возле Новочеркасска, недалеко от станицы Кривянской, на площади около 200 га. Там планируется строительство тепличного комплекса. То есть экспедиция была спасательной – на этой территории находились курганы, которые были поставлены на учет еще в 1980 годах.

Было раскрыто восемь курганов, от раннего энеолита до ранней и поздней бронзы, более 100 могил и около 100 хозяйственных ям – тех самых, куда обычно выбрасывают отработанный материал, то есть мусор, и которые представляют особый интерес для археологов. Культурный слой не обнаружен, так как поселений в этой пойме не было. Здесь в основном пасли скот, позднее выращивали пшеницу.

Самые ранние погребения, а их три, – эпохи позднего энеолита. Они появились в докурганную эру и были перекрыты более поздними курганными насыпями. Находились в этих могилах скелеты, лежащие на левом боку и окрашенные охрой. Этой природной краской обсыпали тела покойников, которая потом оседала на скелеты. Можно предположить, что захоронены здесь представители племен, поклонявшихся солнцу.

В одной из могил обнаружен хороший набор кремневых орудий: два наконечника копья или дротика, две ножевидные пластины. Судя по всему, их обладатель был охотником. Это примерно третье тысячелетие до нашей эры. Степных охотников эпохи раннего энеолита хоронили на возвышенностях, курганные насыпи появились позже.

Ближе к поверхности были открыты могилы, принадлежащие к эпохе ранней бронзы.

«Это «ямники», представители ямной культуры, названной так по обустройству могил», – объяснил Геннадий.

Для своих захоронений «ямники» выкапывали глубокие ямы, куда на правый бок, головой на восток укладывали покойников. Причем захоронение этой культуры не одно: структура кургана слоистая, одно захоронение находится над другим. В некоторых могилах оказывалось по четыре-шесть погребенных – судя по всему, не убитых, а погибших в ходе какой-то эпидемии. Это тоже представители кочевых племен, гнавших свой скот через пойму реки Кадамовка у ее слияния с реками Аксай и Тузлов.

А выше пошли могилы «катакомбников» эпохи поздней бронзы. Таких захоронений больше всех. Культура этих людей названа по конструкции их могил, которые представляли собой глубокие ямы, на дне которых сбоку выкапывалась пещера-катакомба, куда и укладывали покойника. И если у «ямников» могила была глубиной до 2 м, то тут – 3–4 м плюс камера. Это также были захоронения кочевников, которые гнали скот через это место постоянно. А поскольку место похорон было отмечено курганной насыпью, то сюда и подзахоранивали своих покойников.

Могилы «срубников» – это уже эпоха поздней бронзы. Они располагались на самой вершине курганов и пострадали от действий людей больше всех: эту землю распахивали в 1950–1960 годах, так что могилы оказались фактически растащенными. «Срубники» были людьми оседлыми: это представители волны переселенцев, хлынувшей сюда с Южного Урала. Их захоронения как грунтовые, так и в курганах. Эти могилы встречаются в курганных насыпях к северу от Таганрога по реке Тузлов, их конструкции представляют собой каменные ящики.

Найдены были и остатки хазарских хозяйственных ям – тут Геннадий в своем рассказе переходит к более позднему времени. Поселение времен хазарского каганата располагалось к северу от раскапываемого участка, а здесь производились работы. Обнаружены характерные фрагменты хазарских лепных котлов: ручки с дырками для веревок располагались внутри котла, чтобы веревка, держащая котел над костром, не перегорала на огне. Здесь же были и обломки средневековых амфор, бронзовая монета, зернотерки. Пару из них можно увидеть на археологическом подворье.

Одна представляет собой два круглых обтесанных камня, верхний – с дыркой посередине и отверстием сбоку. Эти жернова надевали на штырь, в боковое отверстие вставляли палку и человек или запряженное животное ходили по кругу, вращая жернова и перемалывая в муку постоянно подсыпаемое в центр зерно.

Подводная археология

Скромничает Геннадий, умалчивает о тех трудностях, с которыми пришлось столкнуться, проводя раскопки на участке в месте слияния трех рек. А ведь прокопай здесь метр-полтора – и выступает вода. Могилы в основном располагались ниже горизонта пойменных вод. Сначала воду вычерпывали ведрами, потом купили помпу, и не одну. До этого никто не занимался исследованием могил под водой: раньше горизонтом воды все и ограничивалось.

Что в итоге было придумано: брали в аренду экскаватор, он выкапывал сбоку раскопок шурфы на глубину 3–4 м. Туда уходила вода, ее отчерпывали помпой и работали с захоронением. Только три катакомбы не удалось исследовать: камеры в них оказались в песчаных отложениях горизонта. Через глину вода проходит плохо и прибывает в место раскопа медленно, а в песчаных горизонтах так не получается. Всего ниже горизонта пойменных вод вскрыли 27 могил. И хорошо, что работали в жару: вода-то холодная, 11–13 градусов по Цельсию, не выше. Кости были в грязи, но ничего, очищали.

Так что если кому-то доведется побывать в Недвиговке на археологическом подворье, стоит помнить, какими трудами доставались и продолжают доставаться ученым те артефакты, которыми сегодня можно любоваться и восхищаться. Да и в музеях не стоит забывать об этом.

Комментарии (0)

Материалы по теме

Другие материалы рубрики

Показать ещё